Чужое не брать!

Большая двуспальная кровать, две тумбочки по обе стороны, шкаф, на полу пушистый коврик. Добротно, уютно. Люся вдруг почувствовала, как ноет её шея, крутит колени. Кинуться бы в кровать эту. Всяко на ней простыни меняли чаще, чем она на своем диване. На тумбочках стояли парные лампы из комплекта с похожей люстрой. Мало предметов. Похоже одновременно и на жилую квартиру и на гостиничный номер средней руки. Интересно, как там за аркой? В детской.

Люся двинулась туда, и краем глаза заметила резкое движение, словно мужчина хотел удержать её.

В детской стояла кроватка для новорождённых. В ней лежал туго запеленутый ребёнок со страдальческим выражением лица. Не малыш, а старик, судя по эмоциям. Люся вздрогнула от неожиданности. Она не думала, что увидит ребёнка в кроватке. Ещё она не думала, до какого мастерства дошли производители игрушек, чтобы она перепутала живого ребёнка с куклой.

– Это Юля придумала. Я ей говорил, что плохая идея класть в кроватку куклу. Нужно дождаться малыша. Дурная примета какая-то.

А Юля говорила, что, наоборот, так комната привыкнет к тому, что здесь должен быть ребёнок, так мы привыкнем, и тогда у нас, наконец, получится.

– Идея не новая, Всеволод. Ваша жена была права. Бывают случаи, когда пары усыновляли ребёнка, и у них появлялся свой собственный, родной. Люди привыкают к своей родительской роли, и естественным путём у них рождается свой малыш.

Всеволод озадаченно посмотрел на Люсю:

– А что потом? Ребёнка усыновленного обратно в детдом? Свою задачу он выполнил, так что ли? Хотя какая разница уже… Зачем мне эта информация?

Петька решил, что пора задать самый главный вопрос:

– Вы убили Юлю?

Всеволод будто не слышал Петькиных слов.

Подошёл к кроватке, вынул ребёнка, прижал к груди, обернулся к Петьке. Ответил спокойно:

– Убил бы. Рано или поздно. Но кто-то меня опередил.

С куклой на руках мужчина выглядел по-домашнему, но от его слов у Люси волоски на руках зашевелились. Эти браки… Эти супруги… Ненависть клокочет в горле.

Откуда она берётся, когда родится? После свадебных фоточек в белом платье и несметного количества шампанского? На какой год, в какой день второй супруг или даже оба мечтают воткнуть друг другу нож, в некогда любимое, боготворимое тело?

В машине Петька весело ткнул Люсю в плечо.

– Отказалась от пальто! Дуреха! На улице же осень!

Люся отстранённо смотрела в окно. Петька осёкся. Чего это с ней?

Они ехали по свободному городу.