Не в своей тарелке

Теперь, когда Паша знал больше, он мог понять и бабушку, и мать. Вот только одно не давало покоя. Отец заявил, что дед угрожал, но зачем? Тогда его же дочь осталась матерью-одиночкой. Ничего хорошего это не принесло. Дед был человеком слишком рассудительным и рациональным, чтобы не продумать такой исход. Мог ли он просто воспротивиться выбору дочери и из-за этого угрожать ни в чём не повинному человеку? Этого Паша не знал. Да и не хотел. Желал сохранить светлый образ защитника, но никак не шантажиста и чуть ли не убийцы.

– Это ты прости… – наконец проговорила мать. Она утерла слёзы и посмотрела в глаза сыну, – Моя вина во всём этом.

– Нет смысла ругать себя теперь, особенно, когда виновата не только ты, – сказал ей Паша. – Но всё это уже сделано. Исправить можно лишь сейчас.

Еле заметная улыбка. Она прищурилась.

– Папа говорил так же, когда я косячила, – рассказала мать.

– Мне тоже.

Молчание повисло. Оба они не знали, что стоит сказать.

– Почему… ты пошёл с ним? – спросила наконец женщина.

– Я не знаю, – ответил сын.

– Ладно, пошли, я тебя накормлю, и будем спать, – поднимаясь на ноги, произнесла она.

Без лишних слов Паша кивнул. Ел торопливо. Мать сидела напротив и перебирала документы. Сверяла результаты с числами в калькуляторе.

Паша смотрел на это с болью. Даже не был уверен, что она поела. Чувствовал, что матери не до отчётов, кварталов и тому подобного. Она лишь хотела отдохнуть от всего, что навалилось. Возможно, лишь проекция собственных желаний.

Позже в комнате взял ноутбук и открыл страницу в соцсети. Рассылки от разных групп, сообщения из беседы класса с возмущениями насчёт завтрашней контрольной по химии с открытыми вопросами, письмо от Камиллы. Но было странно одно: какая-то женщина хотела добавить его в «Друзья». Не было ни общих друзей, ни схожих сообществ.

Порывшись в её подписках, фотографиях и музыке, парень решил, что она не в меру легкомысленная особа средних лет. Что-то в её лице не давало покоя.

Полноватая блондинка томно и завораживающе смотрела с фотографий.

Но до нее Паше не было дела: главное, как мама. Парень поднялся и заглянул на кухню. Она спала над документами, придерживая голову рукой. Грустная улыбка озарила лицо. Он собрал бумаги по стопкам и посмотрел на мать. Стоило отнести её в комнату. Но парень знал свои силы. Легонько потормошил мать за плечо.

– Мам, иди спать, – шёпотом произнёс Паша.

В ответ она сонно покачала головой и побрела в свою комнату.