Честное пиратское

Не то, что моя полка с фантастикой и пиратскими приключениями! Я долго разглядывал её накопленную годами литературу, когда наткнулся на знакомое имя среди авторов. Небольшая книжка с потертой обложкой называлась “Маленькая хозяйка большого дома”.

Я крепко ушел в сюжет прямо в матушкиной с Ленкой комнате, присев на стул возле рабочего стола, усыпанного детскими яркими тетрадками и листами цветной бумаги, когда в коридоре требовательно зазвонил городской телефон. Шёл на звук, вытряхивая из головы ранчо, быков и тяжёлые юбки дам, и снял трубку с телефонного аппарата.

Над оранжевой кнопкой загорелась весёленькая красная лампочка.

– Капитан слушает! – серьезным тоном произнес я.

– Привет, Капитан! – Стас рассмеялся моему приветствию. – Ты когда-нибудь всё же напугаешь таким приветствием какого-нибудь неподготовленного звонящего.

– Жду этого дня с нетерпением! – отрапортовал я.

– Чем занимаешься? – спросил друг.

– Читаю любовный роман. – я заржал.

– О, точно! Ты ж хотел! И как успехи с познанием женской души?

– Пока только сплошная неразбериха.

Но я упорный!

– Не сомневаюсь, друг. – хихикнул он. – Я вообще по делу звоню.

– А вот в этом не сомневаюсь уже я, мой деловой друг.

– Мне бы в твой тугой интернет, хотя бы на часик. Можно?

– Хоть на пару часов и хоть прямо сейчас! Заходи!

– Спасибо большое! – обрадовался друг. – Скоро приду.

Стас читал какие-то статьи на моргающем мониторе и делал заметки в тетради. А я, чтобы ему не мешать, завалился на свой диван и раскрыл книгу в месте, где остановился.

История всё больше запутывалась, а характеры героев открывались с новых сторон.

– А эта Паола тоже та ещё Пиратка! Занятно! Всех держит в напряжении, – вслух высказался я.

– Ты читаешь Джека Лондона? – оторвавшись от монитора, спросил друг

– Да. А ты решил последовать моему примеру и тоже постичь женскую душу? Откуда знаешь про это?

– Мама любит этот роман. Говорит, что страсти там похлеще, чем у Карениной. А ещё, она рассказала, что это единственный его любовный, а не приключенческий роман.

Написан перед смертью, и имеет место быть частичная автобиография.

– Ты только что сделал моё чтиво в разы интереснее, друг!

– Не благодари! – отозвался Стас и снова погрузился в монитор.

Час спустя он выдохся, закрыл свои лекции, отключил интернет, и потирая глаза, широко зевнул.

– Горжусь твоим усердием и трудолюбием, друг мой. Предлагаю перекусить и пойти проветрить наши бренные тела, – заявил я.