Безвыходное материнство

– Марина, не хочешь со мной зайти в магазинчик посмотреть курточки?

Марина опешила. В её голове быстро мелькали варианты такого высокого расположения к ней коллеги: “Хочет больше узнать обо мне? Пытается в очередной раз сдружиться? Да с чего бы вообще?”

– Нет, – так ни на чем не осотановившись, ответила Марина.

Та же ничуть не расстроилась, бросила через плечо:

– Ну и ладно, одна схожу – и зацокала в сторону выхода.

Марина наморщила лоб.

– Не обращайте внимания Мариночка, – сказал ей Анатолий Григорьевич.

 – Эти конспираторы только учатся пудрить людям мозги.

– Конспираторы? – недоуменно улыбаясь переспросила Марина.

– Ну, вот мой этот ухарь-любовник и ваша Оленька. Роман у них понимаете. И они думают, что этого никто не замечает, не знает и не видит. Ну по крайней мере ваша коллега точно не в курсе, как её расписывает за сигареткой этот … слово бы подобрать адекватное его поступкам.

Начальник отдела закупок поводил указательным пальцем в воздухе, как будто помогая себе придумать характеристику более меткую, но так и не придумав, поднял газету и продолжил чтение.

И, как будто, что-то вспомнив, тут же опустил её, посмотрел на Марину и добавил:

– Я вам этого не говорил. Я же понимаю, что вы приличная женщина и вам нет дела до чужих интрижек.

В его полуулыбке и хитрых голубых глазах затаился такой детский шаловливый огонёк, который было сложно не заметить.

Марина судорожно кивнула и тоже опустила глаза в книгу, но строчки разбегались. У неё в голове роились мысли о новости, которую она неожиданно и так просто узнала: Оленька изменяет.

То есть крутит роман на работе. Одно то, что у неё муж, дети по принципам Марины должно было её остановить. Да и, как говорил герой одного сериала, “я не гажу там, где живу”. Как же можно крутить романы на работе прямо? Это же как выйти на Невский голой.

Она захлопнула книгу и спросила у соседа по столику:

– А как вы к этому относитесь?

– Я? – усмехнулся Геннадий Анатольевич. – Я к этому не отношусь.

Во-первых, я холостяк и менять этого не собираюсь, а во-вторых, я не вижу смысла вмешиваться и мешать людям себя закапывать в проблемах.

– Вот и я думаю, – ответила ему Марина. – Чего же я переживаю? Сами себе портят жизнь.

– А знаете, что Мариночка! Раз уж вы такая впечатлительная, хотите я вам расскажу способ остановить всю эту историю.

– Зачем? – удивилась она.

– Ну вас же волнует судьба коллеги? Да и дети у неё, насколько мне известно.