Слезы фруктового сада. Рассказ первый

И ни смотря на это, «Свинопас» замерзал сильнее остальных, поскольку на его ногах красовались обычные летние джинсы, нещадно продуваемые апрельским ветром и намокаемые от талого снега.

– Вот она, красотка. – вальяжно произнёс «Носатый».

На экране, на фоне полуразрушенного дома, двигался силуэт молодой девушки. Фигура выходила из дома, заходила в сад, на задний двор, подходила к дороге. Одета она была по-весеннему: голубоватая куртка на распашку, темные штаны, едва заметный пестрый свитер и разноцветная шапка.

Все то время пока девушка находилась на улице, рядом с ней бродила собака не известной породы, спокойная, но неприлично огромная для ручного питомца. Иногда девушка гладила пса, но тот почти не реагировал в ответ.

– Ни шиша не видно, – осторожно буркнул Войцех, опасаясь вызвать гнев других членов группы.

– Видно – прищуриваясь ответил «Носатый», не отрывая глаз от маленького мерцающего экрана. – Хотя, конечно, раньше на такой технике лучше были линзы, качественнее.

Уж я в этом разбираюсь. Жаль мой бинокль сдох. Хороший был, морской, с электронным стабилизатором, мощный, хоть кратеры на луне разглядывай. Сейчас такой не купишь.

– Ну, опять! Вот что это? – вновь произнес Войцех, не обратив внимания на причитания «Носатого». – Кто снимал? Изображение трясется, резкости нет, кусты мешают. В итоге серое месиво рассматриваем. С чего ты вообще считаешь, что это девка? А если это, ну, пацан?

«Носатый» оглянулся назад и в недоумении поглядел на Войцеха.

Тот почувствовав себя неловко, съежился и отвел взгляд в сторону. От легкой насмешки «Носатый» дернул бровями, но не засмеялся.

– Какой пацан? В штанах у тебя, пацан… – ответил он, а затем вновь вгляделся в изображение на мониторе электронного бинокля. – Девка это! Понятно же! До этого момента, можно было волосы до плеч разглядеть. И посмотри, как она двигается, как наклоняется, вот сейчас, видишь? Она ветки собирает, ну, наверное. Пацан по-другому бы двигался, не так плавно.

Точно тебе говорю, это девка! Молоденькая, стройная, волосы длинные, кожа светлая, ух, так бы и разорвал на ней этот свитер.

– Томас, Томас… – с улыбкой произнес Халил, хлопнув «Носатого» по плечу. – Ай да старый ты, извращенец! Уж четвертый десяток разменял, жизнь прожил, а все равно размножаться хочешь. Знаешь, что…?

С трудом сдерживая смех, Халил сунул руку во внутренний карман жилета, а спустя мгновение достал самодельный собачий ошейник.