Огонь заберёт твою жизнь. Рассказы

Мягкий уютный свет сквозь синюю сферу абажура разлился по комнате.

Последняя дверь вела в спальню. Здесь я был поражён обилием красного. Алые обои, ковёр, покрывало на роскошной кровати у противоположной стены. На фотографиях кое-где бросалось в глаза обнажённое женское тело. Однако, присмотревшись, я увидел, что это не совсем обычные фотографии, а что-то вроде компьютерных коллажей. Гарик рассказывал мне про такое: фотоснимки вводятся в компьютер, обрабатываются, накладываются друг на друга, подчищаются и распечатываются на специальной фотобумаге.

Зачарованный, я остановился перед одной из таких картинок, показавшейся мне невероятно загадочной. На фоне пустого шоссе, убегавшего вдаль, разрезая пополам бескрайнее поле, были изображены… глаза! Да, человеческие глаза, причём мужские. Но ещё более странным был их взгляд, какой-то отчаянный, направленный чуть вверх и вправо. И в расширенных зрачках – едва заметное отражение – фигура обнажённой женщины, настолько бледное, что я сперва подумал, что мне это лишь показалось.

Загипнотизированный, я стоял, не в силах оторвать взгляда от едва различимых очертаний женского торса.

– Тебе нравится?

Вздрогнув от неожиданности, я обернулся. Она стояла в двух шагах от меня, в розовом шёлковом халатике, с мокрыми после душа распущенными волосами, и улыбалась тому, что застала меня врасплох. В руке она держала длинную восковую свечу.

– Никак не могу понять… – смущённо пробормотал я, вновь уставившись на картинку.

Она поставила свечу на туалетный столик, зажгла её и выключила электричество.

– Это взгляд в сторону, – вдруг произнесла она, и мне показалось, что её голос дрогнул. – Двигаясь вперёд, мы смотрим перед собой. И иногда оглядываемся назад. – Она говорила медленно, казалось, тщательно подбирая слова. – А иногда мы можем взглянуть в сторону, туда, где всё по-другому, где, может быть, лучше… и куда мы не можем повернуть, не способны или просто боимся…

Она замолчала, но её слова всё ещё звучали у меня в голове, повторяясь и путаясь.

Я чувствовал, что они очень важны, но не мог понять их смысла и вновь повернулся к ней, словно прося объяснения.

Она была серьёзна и как будто чем-то взволнована. Тёплый ветерок, проникавший через открытое окно, колебал пламя свечи, населяя комнату живыми тенями. Медленно, ни слова не говоря, она развязала пояс, распахнула полы халатика, и он шёлковой волной скользнул на ковёр.

За свою жизнь, мне казалось, я повидал много красивых женщин.