Пазлы судьбы. Цветок раздора

– Знаете, я в вашем городе чуть больше месяца и уже порядком подустал, потому что я не доктор и не хирург, я учёный и не обязан исполнять все прихоти граждан.

Она положила телефон в сумку.

– А насчёт вранья, – продолжил я, – так у меня дверь со сканером, считывает вас, как рентген, и система выявляет болезни. Тепло показывает воспалённые места.

Она кивнула и уже решила уходить.

– Постойте, я это сказал, чтобы вы разместили мои слова в интернете, а ноги вам сделают мои коллеги, только не жалуйтесь потом, если варикоз начнётся раньше тридцати.

Женщина запрыгала от счастья, а я зажмурил глаза и посмотрел в потолок. «Генгирион, как же вы были правы… Я хочу домой…».

После конференции господин одобрил моё желание улететь в город.

– Только помни, – сказал он мне, – конференция сожрёт все твои нервы, и покоя в городе не жди.

Я ещё наивно полагал, что, уехав от него, заживу припеваючи. Буду ходить в кино, рестораны, а в рабочие часы посвящать себя науке.

В итоге всё, что мне досталось, – это хаос, вызванный папарацци.

– Ювис к тебе сейчас придёт женщина, обслужи её и отмени всех клиентов. Теперь я буду слушать их бредни только два раза в неделю.

Ювис вышел на видеосвязь:

– Доктор Шон, но у вас тут целый список…

Я оборвал его:

– Нет-нет, услышь меня! Переноси всех к чёртовой матери! Мне нужно готовиться к сентябрю, а не пришивать людям крылья и менять цвет кожи.

Он кивнул и отключился. «Фу-у-ух, теперь я могу пойти в лабораторию и погрузиться в мир бактерий.

Ещё нужно навестить подопытных. Куча проблем, заказов и ни минуты покоя, а на острове сейчас обед…».

Стенка-мозаика переливалась и меняла рисунки. Начиная лекции про вирусы и заканчивая туберкулёзом, никто не замечал паники природы и того, что, когда выглядываешь на улицу, земля меняет цвет, местами покрываясь белым налётом. Я взял на пробу несколько пробирок, результаты показали, что это бактерии или нечто сравнимое с ними, вещество оседает на почве и пропитывается сквозь неё.

В городе температура на солнце держалась от двадцати до двадцати пяти градусов, для весны было нормально, но я уже предчувствовал, что это только начало. Если время мне неподвластно, то хотя бы костюмы сделать успею на крайний случай. Мои часы показывали увеличение дня ещё на час, у подопытных наблюдалась усталость, и если они ложились спать в одно и то же время, их начинало тошнить.