Солнце смерти

Отец Яннис сидел у окна в грубо тесанном кресле, которое его тело не заполняло даже до половины. Костлявые руки лежали на поручнях, также блестевших, словно кость. Лицо его было прозрачно, словно червь-шелкопряд.

– Добро пожаловать, Русаки! Это твой племянник? Садитесь.

Тетя придвинула скамью и села. Другой скамьи не было. Старец толкнул ко мне подставку, на которую ставил ноги.

– Ах, злополучная Русаки! – сказал он со вздохом. – Что тут сказать? Ни ласка не помогла, ни суровость. Больше власти у стражника, чем у левита.

Чего только я не говорил ей! А она даже рта не раскрыла. Разве только раз, когда ответила: «Волка словами не кормят». Волк! Сама так сказала.

– Что ей нужно? Чего она хочет?

– Крови!

– Бог ей судья! Моего сына осудили. Этого ей не достаточно?

– Думаешь, судит она разумом? Только проклятым обычаем руководствуется. Если я похоронил сто христиан после того, как удостоился стать священником, пятьдесят из них были убиты пулями… Только о мести и твердит: ей кажется, будто так вернет своего сына.

– И не жаль ей своего младшего, Михалиса? Если он совершит злодеяние, его посадят в тюрьму.

– О, злополучная! Кто идет на кровопролитие, вешает свой плащ в медресе (он имел в виду тюрьму). Этого требует честь.

– Будь она проклята!

– Будь она проклята! Люди изобрели ее, когда забыли заповеди Всемогущего. Ищут себе чести в ложном мире и продают душу свою.

– Скажи, отче Яннис, говорил ли ты ей, что правильно это или нет, но я буду ползать у нее в ногах, что выкрашу дверь моего дома начерно, что накрою поминальный стол по убитому? Говорил ли ты ей, что я днем и ночью оплакиваю ее молодца?

– Волка словами не насытишь! Ты ведь уже слышала ее ответ.

А еще она сказала: «Зло зачинает плод и, когда придет час, рожает».

– Нужно мне быть такой, как Ханали?на, которая убила того, кто угрожал ее сыну. Вот это настоящая мать!

– Ты впадаешь в искушение, Русаки!

– Прости, отче Яннис! Ты ведь мое сердце знаешь.

– Знаю. И не боюсь за тебя.

Боюсь за детей ваших, которыми овладел сатана.

– Разве ты не слыхал, что моего Левтериса оправдали? Он убил, чтобы его не убили!

– Людское правосудие очистило его. Хотя рук убийцы не омыть и всем рекам на земле.

– Ты терзаешь мне душу. Бередишь больную рану.

– На тебе вины нет.

– Разве можно быть невинным там, где пребывает виновный, отче Яннис?

– Истинно постигла это твоя невинная душа. Поэтому Спаситель и принял на себя грехи всех людей.