Прошито насквозь. Торонто. 1930

Вот мое предложение – вы можете пока пожить у меня. Не бойтесь, завтра утром я уезжаю, и в доме останутся только дети. Вы сможете прожить с ними до моего возвращения. За это время, возможно, вам удастся найти работу или другое жилье. С ними не нужно сидеть круглыми сутками – вы можете уходить днем куда и на сколько захотите. Но если вы согласитесь и пока что переедете ко мне, то наши проблемы решатся. К тому же, вернувшись, я заплачу вам. Лгать не стану, денег будет не очень много, но я не оставлю вашу доброту без…

– Я согласна, – не дав ему договорить, сказала Ева.

 – Разумеется, я согласна. Кто же откажется от такого предложения?

Адам улыбнулся и еще раз протянул ей руку. Затем он взял две большие сумки и вышел из квартиры, чтобы подождать, когда она закроет двери. Она спустилась на первый этаж, чтобы сдать ключи от своей комнаты, а он принес ее сумки к себе и стал ждать.

Дебби и Мэтью, которые все еще занимались кипячением белья, настороженно смотрели на него, не задавая при этом никаких вопросов.

Им было интересно, нашел ли Адам кого-нибудь и откуда у него эти сумки. Он уселся на стул, перевел дух и, стараясь успеть до прихода Евы, сообщил:

– Сейчас к нам придет девушка. Она будет жить у нас, пока я не вернусь.

Дебби замерла на одно мгновение, а потом нахмурилась:

– Я могу сама справиться.

– Я знаю, что можешь, солнышко, – согласился он. – Только по ночам здесь очень опасно.

– У нас крепкая дверь, – возразила она.

– И это правда, – вновь кивнул он. – Но мне все равно страшно.

Лучше, если с вами будет ночевать кто-то взрослый.

– А чем мы будем ее кормить?

Адам достал из кармана своей рубашки свернутые банкноты и показал ей:

– Будешь отдавать ей по одной бумажке в день. Она сама знает, что делать.

– А если она уйдет в магазин и не вернется?

– Спрячь ее вещи под кроватью. За своими вещами она обязательно вернется – они стоят больше, чем все эти бумажки вместе взятые, – ответил Адам, сам ненавидя себя за это.

Всего за год жизнь изменилась до неузнаваемости.

Год назад ему бы и в голову не пришло, что когда-нибудь он приведет к себе в дом незнакомую женщину и будет говорить дочери, чтобы она спрятала чужие вещи под кроватью. Однако теперь многое стало другим – мир катился к черту, и вынуждал людей поступать так же. О доброте, взаимном доверии и благородстве позабыли как о далекой сказке. Голод и безработица быстро отняли у людей мечты и надежды.

Негромкий стук отвлек его от этих неприятных мыслей.