Люди

Девочка, когда показывала картину, будто не замечала посетителей, и только теперь ее янтарные глаза посмотрели на Анабель и Николаса.

Норма хотела что-то им сказать, но отец перебил свою дочь:

– Ты же слышала свою маму. Иди поиграй с Артуром.

И Норма ушла, а за ней – и Артур Чарльсон. Слышно было, как они о чем-то шепчутся.

– Райель Браун, мы нашли, где спрятаны сокровища, – сообщил Николас Хьюз. Потом он подошел к Райелю и его жене и прошептал им что-то еще. Оливия не расслышала последних слов.

– Пойдемте. Мы можем хоть сейчас их найти. Но с условием: нам достается половина.

При последних словах Райель улыбнулся (его улыбка напугала Оливию) и ответил:

– Отлично.

Говоря это, он положил руку в карман, и через секунду (Оливия закрыла рот руками, чтобы не вскрикнуть) Райель Браун уже держал в руках пистолет.

Его жена с пугающей улыбкой на лице достала из сумки похожее оружие. Анабель и Николас Хьюз были беззащитны.

– Прости, Николас, но нам нужны эти деньги, – тихо сказал Райель.

– Остановись! Пока не поздно… Это не стоит убийства. Не губи свою душу, Райель. Я знаю, человек, который стоит сейчас с пистолетом и готов на все ради богатства, – не ты. Вспомни себя! Пока не поздно… – умолял Николас своего друга.

Рука Райеля, держащая пистолет, задрожала. Еще минуту назад полный решимости, он стал сомневаться. Посмотрев в глаза своему другу детства, Райель немного опустил руку.

– Ну же! Мы так долго этого ждали.

Вспомни, что нам пришлось пережить. Вспомни все до мелочей. И ты отказываешься от этого! Слабак! – При последних словах, произнесенных его женой, в глазах Райеля появились ненависть и злоба. В этот момент они светились ярким пламенем.

Оливия Эриксон не могла отвести взгляд от этого человека. Она видела, как он борется с самим собой.

Раздался выстрел. Через секунду – еще один. Все было кончено. Оливия опять зажала руками рот, чтобы не закричать. Это был самый ужасный момент в ее жизни.

Райель молча смотрел на мертвого друга детства. Оливия заметила, как слезинка скатилась с его бледного лица.

Дети, наверное, не услышали выстрелов, поэтому не прибежали. Так даже лучше. Оливия бы не вынесла, если б это увидели дети.

Не помня как, она вышла из этого ужасного дома и побрела не зная куда. Девушка хотела лишь одного: забыть все это.

* * *

– …Как я говорила, это случилось девятнадцать лет назад.