42 дня до Нового года

Марина глубоко вдохнула, чувствуя, как легкие наполняются морозным эфиром. Сегодня нужно было приготовить ужин любимому, зайдя в магазин и купив все необходимое. Перед этим она все же решила зайти к сестре Лере и повидаться с ней. Жила она неподалеку – в двух кварталах от Марины. Девушка проследовала на остановку сорок седьмого автобуса и принялась ждать.

Мимо то и дело проносились машины, создавая гул присущий городу. Марине тут же вспомнились те теплые дни, когда они вместе с Глебом сидели, прижавшись друг к дружке, и пили горячий глинтвейн, наслаждаясь треском камина (тогда было лето и они на неделю вырвались в деревню, в загородный дом юноши).

Марина грустно вздохнула – воспоминания иногда заставляли ее грустить, хотя поводов вовсе не было. Подъехал автобус. Девушка запрыгнула в него и расплатившись за проезд, опустилась на свободное место.

Рядом сидел невзрачный мужчина на вид двадцати двух лет. Лицо его, кроме глаз, было практически полностью скрыто черной маской.

На коленях у него лежал такой же черный портфель. Взгляд его был мрачен и устремлен в пустоту. Когда к нему подсела Марина, он чуть-чуть повернул голову и посмотрел на нее искоса, чтобы не смущать девушку. Оглядев ее с ног до головы, мужчина вновь устремился в уже привычную ему даль.

– Почему вы такой хмурый? – поинтересовалась Марина, заметив, его безжизненные глаза в которых не было ни единой искры того пламени, присущей людям.

– Не хочу жить, – коротко ответил тот, приспуская маску так, чтобы девушке стало видно его лицо.

Секунд десять они молчали – Марина опешила от такого прямого ответа, но все же решила продолжить разговор:

– В мире много трудностей, но нужно уметь преодолевать их.

Мужчина чуть вздрогнул при слове «трудностей».

– Возможно, но не у всех это получается и не все трудности, как ты говоришь, можно пережить.

Он решил переключить диалог в другое направление, обратившись к девушке на «ты».

– Например?

Марина правда не знала про какие такие случаи говорит мужчина, ведь даже смерть любимого человека можно пережить – как бы сложно не было, но время залечит, в независимости от глубины раны и потока крови, который порой выходит из нее.

– Измена, – коротко ответил он. – Тебе, наверное, никогда не изменяли, поэтому ты не знаешь, как это больно.

Да. Марине никогда не изменяли. Но она и подумать не могла о том, что Глеб может сделать такое.