Огневица

– А тебе дай волю, ты все монеты спустишь на баб да притирания, – Бояна поправила перевязь с кинжалами и кивнула разносчице, привлекая ее внимание.

Шехх скривился, но смолчал. Откуда знать бедной деревенской девочке силу красоты? Сама-то ею не блещет.

– Хватит собачиться, – последний из четверки бродяжников откинул капюшон и прислонился к теплой стене, не сдержав облегченного вздоха.

Длинные пальцы с аккуратно обрезанными ногтями растерли глубокую морщину между бровей.

Стражник Западных ворот удивился бы, увидев сейчас того, кого он принял за парня. Конечно, скрученные в тугой узел рыжие волосы могли бы и мужчине принадлежать, но это была девушка. Сейчас она хмурилась, щурила черные глаза и покусывала тонкие губы.

– Бояна права. Денег у нас немного, но и сезон охоты едва начался. Сейчас затянем пояса, зато к зиме подкопим серебрушек. Может, даже и на жарку-другую свезет.

Шехх недовольно скривился, но тут же снова просиял улыбкой, когда разносчица подала каждому из бродяжников миску рассыпчатой золотой каши и ломоть еще исходящего паром хлеба.

В их животах, уже седмицу видавших только дичь да лесные ягоды, громко и слаженно заурчало.

– Все же нет ничего лучше домашней еды. Даже если тебе ее приготовили за деньги, – подняв ложку, высказался Даромир.

Ответом ему было согласное хмыкание. Какое-то время за столом царила тишина, которую нарушал только спорый стук ложек.

Шехх расправился со своей порцией быстрее всех. Обвел скучающим взглядом зал, не нашел ничего интересного, но и молчать долго было не в его правилах.

– Итка, а ты на что потратишь свою часть Вышатиных денег? Давай сложим наши доли и купим какой-нибудь миленький домишко в глухой волости, – шехх облокотился на стол и подмигнул рыжеволосой девушке.

Бояна зашипела на Даромира и замахнулась ложкой, он скорчил ей рожу и снова повернулся к Итриде.

Та пожала плечами и медленно поскребла дно миски, втайне сожалея, что на добавку денег и правда нет.

– Давно хотела серебряные шипы на куртку приладить. А еще полосы из серебра, вот тут. Чтобы навьи твари зубы пообломали, – девушка мазнула пальцами по шее и рукавам потрепанной, но все еще крепкой куртки. Слова шехха о покупке дома она оставила без внимания.