Возвращение в маковое поле

– Кажется, начал вас понимать. У каждого имеются шрамы: у кого на теле, у кого на – душе.

– Именно, Эдуард. А почему мы едем в объезд?

– Инженерный мост закрыт для проезда транспорта. У вас по реке ходят большие корабли?

– Никогда не задумывалась об этом. Останемся здесь и подождём: не хочу толкаться с другими машинами рядом с парком. И Небесный мост, скорее всего, тоже разведён.

– У нас осталось десять минут, верно?

– Слишком ты заботливый для маньяка.

– Меня отец учил: «Заботься о тех, кому нужна помощь».

– Твой отец – мудрый человек.

– Жаль, что он покинул этот мир, когда мне исполнилось десять лет.

Софья задумалась: большая часть и её жизни прошла без ощущения полноты любви. Изменить ничего невозможно ни тогда, ни сейчас.

– А что сказал бы твой отец, если бы ему предложили отдать все сбережения ради встречи с его кумиром?

– Не сотвори себе кумира.

С минуту они просидели в тишине, которую развеял таксист.

– А я прочитал про Чёрную Ольху. По легенде, два брата посадили семечко в каменистый берег и захотели взрастить дерево небывалого размера.

И закрепили своё желание кровавой клятвой, порезав ладони. «Дерево будет жить до тех пор, пока крепка дружба», – сказал один из них. Красивая история, правда?

– А с виду ты кажешься более взрослым. Очевидно, и мудрость по наследству не передаётся. Подожди. Когда я читала, никакие братья не упоминались.

– В Изумрудном стараются не вспоминать про сэра Себастьяна. Какие-то очень давние обиды, видимо.

– Себастьян… А каким он был?

– Как говорят некоторые группы людей, это великий изобретатель и новатор, яркая и запоминающаяся личность.

– Звучит неубедительно. Возможно, кто-то завидует успехам Виллиена.

Мост опустился, и движение возобновилось.

– Осталось четыре минуты, красавица.

Мотор гнал железную флягу к ярким буквам. В животе у девушки похолодело от скорости.

Резкая остановка и звуковое оповещение гаджета синхронизировались.

– Приятного дня, мадмуазель.

И больше никуда не опаздывайте.

Девушка вбежала в холл с загорающимися на огромном циферблате тройкой и нулём в минутах. Группа охранников-мужчин встала между ней и дверными турникетами. Словно пушечным ядром, Софья прошила собой вражеское заграждение, при этом громко и часто ругаясь. Ключевое движение рукой свершилось за несколько мгновений до преображения овала в прямую.

Общий вздох. Колючая дева взбодрила утро присутствующих.