Переосмысление. От нового к старому

Осень там давняя, давняя небыль.

Кровью на землю как солнце не брызнет.

И не родится Христос в серой тверди.

Мёд потечёт по пчеле волосатой.

Звуком послужит симфония Верди.

Люди в след крикнут ему: «Супостат ты!»

Крест порастащит фрагменты могилы.

Смерть на корову накинет попону.

Кто-то заплачет: «О боже помилуй?!»

Камень добавит копыту трезвону.

Черви голодные плотью питаясь,

Крылья раскинут своими телами.

Смерть перетащит попону босая.

Шкура коснётся об землю рогами.

Люди цепочками встанут на плаху.

Море польётся, раз берега нету.

Сам горизонт вдруг рассыплется прахом.

Соль засверкает чужою монетой.

Жизнь без спасённых как старая будет.

Дно забросают и гнилью и тленом.

Книгу состряпают новую судеб.

Снова земля полетит во вселенной!

Когда гуляет одиночество

Когда гуляет одиночество

В обнимку с другом со своим,

Как незаконное пророчество

По волнам жизненных стремнин.

То возникает ощущение,

Что ты тот друг ему и есть!?

Как чьё то сладостное мщение,

Перетекающее в весть!

И то и то пока что создано,

В незримых помыслах твоих

И не дай бог что вдруг осознанно,

Об этом кто напишет стих!

Колыхнув тихонько куст рябины

Колыхнув тихонько куст рябины,

Ветерок улёгся на листву.

Край шуршащий потрепал осины,

Паутину тронул на суку.

Жёлтовато тренькнула синица.

Дятел развернувшись улетел.

Солнце поспешило обнажится,

Облака оставив не у дел.

Зной степенно разливался в чаще.

Полдень приближал свои часы.

Тишина на миг взвилась звеняще!

Звуков прерывая все мечты.

Крыши покрытые дранкой в нахлёст

Крыши покрытые дранкой в нахлёст.

Столбик с отметкою: столько-то вёрст.

Купол церквушки с поникшим крестом.

Вход на погост, перекрытый шестом.

Солнце успело подняться в зенит.

Брёвна имеют запущенный вид.

Плотно прижавшись к друг другу венцом,

Сыпят труху лубяным естеством.

Тень от калитки легла у ворот.

Слышно на на место щеколда встаёт

Бабка видать поплелась за водой,

Тачку с бидоном таща за собой.

Скрипом колодезный стонет журавль.

Звякнув ведро сорвалось как голавль.

Рябью качает осиновый лист.

Воздух в колодце прохладен и мглист.

Ворохом щепок покрыта вода.

Чистой её не поднять никогда.

Дёсна – веками скопившейся гнёт.

Русь деревянную, старость жуёт.