Переосмысление. От нового к старому

Что за город вдруг стал Назаретом,

Со звездой вифлеемской над ним?

Осторожнее будьте пророки,

Все мы смертны, включая и вас!

И библейские чтите уроки,

Если пишите всем на заказ.

ДТП

Задумался вечер багряный,

Смотря в перекрестье дорог.

Бедой рассыпаясь нежданной,

Как спелый по полю горох.

Кому-то уже не придётся

Глотать придорожную пыль,

Прервался забег иноходца,

Примяв на поляне ковыль.

Тропинкой закатной клубится

Бегущая в сумерки даль.

А в дебрях небесного сица,

Висит бело-лунный фонарь.

Вот-вот ночь отпустит на волю,

Свою беспросветную мглу.

Свет тёмную выстрадав долю,

Предастся её торжеству.

Бубня равномерно молитвы,

Прольётся невидимый дождь.

И краски небесной палитры

Пронзит неподдельная дрожь.

Задумался вечер багряный,

Смотря в перекрестье дорог.

Бедой рассыпаясь нежданной,

Как спелый по полю горох.

Да! Царю нужна корона

Да! Царю нужна корона,

Да и мантия нужна,

Может плащ ещё для схрона,

Да царевна у окна.

Размечтался я однако,

В наше время-то – смешно.

Лучше быть набожным дьяком,

Вот и славно – хорошо.

Променад житейский всяко,

Пару сблизит и швырнёт,

На диван устроив слякоть…

Но потом предъявит счёт!

Дверь сквозняком обыденно зевнула

Дверь сквозняком обыденно зевнула.

На весь подъезд скрипя ещё притом,

Шурша по полу будто ножкой стула

И замерла своим беззубым ртом.

Шаги раздались шаркая привычно

И потекла спустя минуту речь.

Дискантным монологом, энергично,

Стараясь тем внимание привлечь.

Стихи звучали слогом превосходным

И тишину рубили не таясь,

Обычным постсоветским обиходом,

Притом ругая нынешнюю власть.

Старик закончил радуясь надменно.

Обмерил взором свой пустой этаж.

Спускалась эхо прыгая по стенам,

Не веря в единичный саботаж!

Дело

Неопрятно царапают мысли.

Чей-то слух напряжён до предела.

На одном всё висит коромысле.

Гнёт Россия под тяжестью тело.

И винтовка ложится на плечи,

Задавить произвол полицейский.

Догорают церковные свечи.

Но корабль не тонет библейский.

Пассажиры летят под автобус,

Как барашки с объеденных пастбищ.

Крутит случай не быстро наш глобус.

Кто же знает в раю сколько кладбищ.

Кто песнь сокола выдаст для вида,

Кто охоту священной объявит,

Треугольники – славой Давида!

Тот арабский столкнёт темперамент.