Театрализация – партитурная основа искусства. Том IV. Вербальные и невербальные опоры зримого действа

Враньё, конечно…

– Что враньё? – вождь взял ручку и что-то вычеркнул в лежащих перед ним бумагах, – деньги от немца?…

– Нет, – Сталин склонился к карте, – платье на Керенском… Ну, что ж?! Важный день! Седьмое ноября сорок первого… Он закалит дух и жажду к победе! Пора на парад…

– Да-да, всё! Забью только трубку и выхожу.

– Пожалуй, я сам пойду! – Хозяин отвернулся от карты и посмотрел за окно на кружащийся снег, поёжился. – Правильно, что эвакуировали его.

– Очень верно! – Иосиф встал, обошёл стул, и облокотился на его спинку.

 – Не может быть, два вождя в одной… э-э… в одном…

– Верно, но для духа нужен! – Коба приблизился, к оконной дали. – А сон вещий: изложил всё верно, но деньги им уже не нужны, им надо больше… Тут ледоруб не поможет, но… под рукой… пусть будет!

Белые мухи буранной пелены заснежили горизонт…

Горизонт и рама окна исчезли – забелились, но из этой метели появились Красная площадь, Мавзолей и парад!…

Ворона гаркнула – голуби испуганно разлетелись, вознеся в крылах своих мир к серым облакам, но только, как символ…

И!…

Тут же, под оркестр: сквозь серое снежное утро мимо Мавзолея пошли многочисленные отряды добровольцев, которых приветствовали руководители страны.

За последним подразделением парадного марша, вдруг, выдвинулась небольшая ватага пацанов, среди которых оказывается худощаво-длинная фигура в рясе с кадилом в руках! На груди у попа на цепи – огромный крест.

– Лаврентий, – Сталин удивлённо выдохнул из себя белое облачко пара, – а это что за воин?

Священник, поравнявшись с Мавзолеем, отделился от пацанов, и направился к входу, приподняв в руках крест.

Берия зловеще блеснул отражением действительности в своих очках.

– Благословляет, вероятно… Элемент проклятого прошлого, но все средства хороши, товарищ Сталин… как в Бородинском…

– С кадилом? – Хозяин раздражительно потянул в себя морозный воздух. – Разберись! Мне не надо этих примеров истории…

– Слушаюсь! – взял под козырёк полей шляпы Лаврентий.

Берия проворно повернулся на каблуках, чтобы отдать приказ дальше.

– Подожди. – Коба прервал его исполнительность. – Значит, мальчишек накорми, а этого элемента, потом к нам. Ну, что, товарищи, пройдёмте…

Сталин направился к выходу с трибуны усыпальницы, все последовали за ним!

Стилобаты по всему периметру лицевой части Мавзолея, с обеих сторон вели свои сходы в замавзолейный двор.