Шоу нашей жизни

Поскольку Вима обещала Марку сделать все в лучшем виде, он никак не ожидал, что Нора выйдет к машине в белом брючном костюме. Потом он думал, что Эрику было вообще наплевать, в чем отправится к алтарю его будущая жена. Или его просто все устраивало.

Пара подписей, поздравления и дальнейшая поездка через весь город до фотостудии оказались плевым дельцем, и Нора уже начала успокаиваться, но, как оказалось, самое сложное было еще впереди. В машине она снова и снова перечитывала условия брачного контракта.

По ее желанию в список требований не вносили никаких упоминаний о финансовых операциях. Здесь были собраны лишь пункты, гарантировавшие ей безопасность при бракоразводном процессе, хотя даже их она могла бы и не включать. Что-то подсказывало ей, что Эрик не станет цепляться за ее юбку, если она вздумает уйти от него раньше срока.

Они сидели на заднем сидении, а Марк устроился рядом с водителем, и на свадебную поездку это походило меньше всего. Лицо у него было хмурое, и взгляд не предвещал ничего хорошего.

– Знаешь, Нора, – через некоторое время начал он таким тяжелым голосом, что даже Эрик заметно напрягся. – Я не думал, что с тобой будут такие большие проблемы. Вы еще не успели пожениться, а я уже о многом жалею. Ты ведешь себя как отшельница, да и вообще влияешь на Эрика очень странно. И еще этот чертов костюм. Я позвонил Соколу, попросил его подобрать что-то более праздничное. Когда приедем, ты должна будешь переодеться, и это не обсуждается. Понятно?

Был ли смысл бороться с этим человеком? Нора ухмыльнулась и отвернулась к окну.

Она не была наивным ребенком и не думала, что он выполнит все обещания. Ей вообще повезло, что он действительно не оказался сутенером или еще кем-то похуже. Его обещания насчет полной неприкосновенности и отсутствия фотографий позабылись уже несколько месяцев назад. Так чего стоили слова этого человека?

Эрик нарушил молчание, очень удивив ее своей решительностью:

– Пусть фотографируется в костюме, если хочет.

– Отвали, а? – сморщился Марк. – Не хватало еще с тобой препираться. Не ты ли называл ее монахиней?

Нора непонимающе моргнула, а потом повернулась к Эрику и с улыбкой спросила:

– Правда?

Он кивнул ей:

– Да, правда. Я и сейчас не отказываюсь от тех слов, потому что ты и есть монахиня. Только речь сейчас о другом, так что не отвлекайся, ладно?

– Я и не отвлекаюсь. Мне несложно переодеться. Если это так важно, то я надену платье или что там будет.