Новый нуар

Понятно, не было денег.

А еще в аптеке покупали песочные часы. Выходили на улицу и становились кругом. Один из ребят осторожно брал клепсидру за верхнюю часть и разжимал пальцы над асфальтом. Предмет падал вертикально, при ударе об асфальт хрупкое стекло рассыпалось, а верхняя и нижняя деревянные крышки складывались вместе и оставались лежать на небольшой горке мелкого стеклянного песка. Все завороженно смотрели, пытаясь, видимо, найти в загадочном зрелище некий смысл. Потом молча шли дальше, ничуть не жалея о потраченных деньгах.

Дома ели картофельный суп, гречневую кашу, «хрущевские» котлеты с хрустящей корочкой по 60 копеек за десяток. На 1 мая или 7 ноября на столе появлялись селедка с луком и подсолнечным маслом, винегрет из свеклы с солеными огурцами, вино и водка. А мама душилась «Красной Москвой», тяжелый запах которой нос Колокольчикова запомнил на всю жизнь.

Однажды Колокольчиков за что-то обиделся на маму, ушел в комнату к соседке и сказал: «Тетя Тоня, я теперь буду жить у вас». И занялся своими делами.

Тетя Тоня, конечно, удивилась, накормила Колокольчикова, переговорила тишком с его мамой, а вечером мягко объяснила ему, что спать нужно все-таки идти домой. Колокольчиков не стал спорить и вернулся к родителям. Никто об этом больше не говорил.

Однажды в дверь позвонили. Незнакомая женщина спросила отца.

Колокольчиков сказал, что его нет дома. Женщина постояла, потом неприятно улыбнулась и сказала:

– А ты знаешь, что он не настоящий твой отец? Настоящий…

– Ничего такого не знаю, – сказал Колокольчиков, стараясь говорить как можно грубее, и закрыл дверь.

Вечером рассказал об этом маме. Глаза у нее сделались совсем злыми.

– Вот стерва! – процедила сквозь зубы. – Ну, я ей устрою.

Характер у мамы был неустойчивый: порывы нежности сменялись приступами гнева, как будто Колокольчиков был взрослый. Любила его, как умела. Со всем этим как-то уживалась житейская мудрость, душевная отзывчивость. Колокольчиков смутно отдавал себе отчет, что иногда мешает ей жить, не очень понимал, что ему делать, чувствовал себя одиноким и обижался.

Возле дома был палисадник с кустами акации. Здесь было хорошо играть в прятки, и однажды Колокольчиков сидел за кустом с маленькой Леной. А потом к нему вдруг подошла большая девочка, которая уже училась в школе, и глумливо сказала: «А вот я расскажу родителям, чем ты с ней там занимался…» Колокольчиков ничем таким не занимался и даже не понял, что она хочет сказать, но почему-то испугался.