По Вашему приказанию…

Курсант, приехавший в училище, из одной теплосолнечной республики, выйдя из оцепления, часто – часто семеня ногами, с легкими подпрыгиваниями, подшагал к заместителю командира взвода.

– Чё, Махмуд?

Спросил Замок.

– Замёрз.

Сказал курсант.

– Попрыгай, руками охлопывайся, вон как другие делают.

– Нога совсем замёрзла.

Сказал Махмуд и задрал брючину.

– Твою в корень, Махмуд. Ты не Махмуд, ты саксаул. Ботики с носками носят. Где носки?

– Один есть, второй нет носки.

Чуть не плача, зная хорошо русский язык, а тут непроизвольно его искажая, ответил курсант.

– Иди сюда.

Отведя бедолагу в сторону.

– Снимай ботинок.

Тот снял.

Замок протянул ему свою форменную перчатку.

– Разотри руками ногу и надевай перчатку вместо носка.

Нога оделась и обулась.

– Не жмёт?

– Нет. Хорошо. Спасибо!

– Тогда иди в строй.

Махмуд, слегка прихрамывая, но радостно встал на свое место.

Чудодейственное средство

Саратов. Поздняя осень. Военное училище. Первый курс.

Учебный корпус №2. Кабинет проведения занятий по высшей математике. За окном, надёжно лёгший на землю снег. Первая пара. Из холода в тепло начинается жестокая борьба со сном, ещё не совсем приспособившихся к армейской жизни, молодых организмов. Дай курсанту точку опоры, и он сразу уснёт, а на статических занятиях, этих точек опоры, на много больше, чем одна. Сон побеждает. Даже густой бас, самого добродушного преподавателя, Владимира Павловича Смирнова, уже не отгоняет коварного бога сна, Морфея.

– Взвод встать

Громче обычного скомандовал преподаватель, которому надоело передавать учебный материал в никуда.

Взвод, стряхивая с себя сон, встал.

– Открыть окна. Свежий воздух, ещё никогда и никому не мешал. А вам в текущий момент, он тем более необходим.

Окна открыли.

– Командуйте.

Сказал преподаватель, замку[4 - Замок – Заместитель командира взвода.].

– Взвод садись, приступить к занятию.

Скомандовал тот.

К поглощению знаний приступили бодро, уже усиленно борясь с дрожью и зубным перестукиванием.

Теперь учебный материал, нашёл своего благодарного слушателя, и зёрна познания высшей математики падали в благодатную почву.

Минут через двадцать, утвердившись в том, что сонная биомасса, под чудесным воздействием свежего воздуха, превратилась в откровенно взбодрённую, учебно – боевую единицу, преподаватель разрешил закрыть окна. Что и было сделано с огромной молчаливой благодарностью, со скоростью света.