Краем Черноморского побережья

Гости вместе с детьми сидели за столом на улице, пламя костра полыхало, разнося запах шашлыка по всей округе.

– Тебе повезло тем, что дом изолирован. Нет проблем с соседями.

– Как сказать.

– Ты, что не довольна? Зачем нужны соседи. Это такая проблема. Ты просто не можешь привыкнуть к изоляции.

– Это на самом деле сложно, но я довольна, очень довольна.

– Еще бы, дом на берегу моря.

– Мне бы хотелось узнать большее о бывшей хозяйке этого дома.

– Я знаю, что она дожила до ста лет на своих ногах, в здравом уме.

– До ста восьми. Так сказал продавец.

– Значит последующие восемь лет, она безвылазно просидела дома.

– То есть ты хочешь сказать, что она в свои сто лет разгуливала по поселку Лазаревское.

– Именно. Я сам ее видел.

– Тебе повезло, ты стала обладательницей дома такой интересной бабушки.

– Неужели про нее никто ничего не знает?

– Знаем, что старость доживала одна, детям на нее начихать, обслуживала себя сама, домик держала в порядке.

– Какая молодец. Это все, что вы можете сказать?

– Пожалуй да.

– Я выбросила из этого дома всю старую мебель. А потом пожалела.

– О чем? Правильно сделала. Пока тараканов не развела от этого старья.

– Я вижу тебе бабушка покоя не дает.

– Есть немного.

– Бабка померла, теперь ты хозяйка.

– Отслужи по ней панихиду.

– Я не знаю ее имени.

– Спроси у продавца дома.

Данные советы и полеченная информация не решили проблему, Милана понимала, что привидение сильно, а в одиночку ей не справиться.

Во время мирной беседы оставленная настежь открытая дверь в дом с грохотом закрылась. Но и этому явлению никто не предал значения. Подумаешь свет погас и дверь захлопнулась, это всего лишь случайность. Лишь одна Милана знала чьи это проделки.

Гости покинули дом новоиспеченной хозяйки около двух часов ночи. Ребенок давно спал. Остатки костра потушены, Роберт лично залил пепел водой из бутылки. Уличный стол убран до чиста.

Милана боялась заходить в дом. – Если я буду бояться я никогда с ней не справлюсь. Доносившийся шум моря успокаивал заставившую себя понервничать Милану. Южная ночь окутала темной пеленой всю округу. Милана подвила свой страх и зашла в дом. С данного момента ей приходилось это делать всякий раз заходя в дом в одиночку в ночное время суток.

Летний сезон сменился бархатным, наступило первое сентября. Елизавета легко адаптировалась к смене обстановки.