Инициатива наказуема

Мне нравилось приклеивать ценники и ставить книги на специальные вертикальные подставки. Многие из них были дорогими, с красиво оформленными обложками. Новинки с яркими заголовками и кучей выдуманных к ним рецензий вызывали желание купить и поскорей почитать свежий бестселлер. Несмотря на то, что меня окружала сплошь приличная литература, я то и дело возвращалась к тому бульварному роману, который мне любезно одолжила однокурсница. Словно талисман, я носила его в рюкзаке, и в глубине души наделась, что его любовные флюиды притянут ко мне Майкла.

За половину ночной смены мне выдали сумму наличных, в любом случае большую, чем я обычно получала. Радостная, я шла домой и думала, что надо бы зайти в круглосуточный магазин и прикупить чего-нибудь вкусненького. Добираться до общежития было всего ничего – пара автобусных остановок. Была уже глубокая ночь, и автобусы ходили раз в час, поэтому пройтись пешком было единственным вариантом.

Тихо напевая, я просчитывала в голове примерный план своих трат, в который входили новые кроссовки, подарок родителям на годовщину свадьбы и пара плотных обедов в бургерной.

Вдыхая теплый ночной воздух, я наслаждалась тишиной и нежным ветром, который трепал волосы. На безлюдной улице я казалась себе единственным живым существом на планете, и настроение было на редкость прекрасным. До нужного подъезда оставалось пройти пару домов, когда кто-то со спины коснулся моего плеча. Голос человека, обратившегося ко мне, был такой глухой и будто прокуренный, что я не сразу поняла, что он говорит. Будто выплывший из стены высокий мужчина, немного сгорбленный, одетый во все черное, с жутким акцентом попросил ему помочь. Обтянутой перчаткой рукой он протянул мне бумажную карту нашего города и ткнул в какое-то место рядом с улицей, по которой я шла. Первое, о чем я подумала, почему он весь затянут в теплую одежду, когда все вокруг, и я в том числе, ходят в одних майках и шортах.

Незнакомец продолжал спрашивать, как пройти к гостинице.

«Гостиница? Ночью, и даже без багажа?» – размышляла я, медленно объясняя дорогу и произнося слова разборчиво, чтобы он понял. Но иностранный гость с недоумением разводил руками, нервно мычал и озирался. Его руки слегка подрагивали, как при треморе, я часто такое видела у пожилых. Я сама придумала, что он потерявшийся в чужой стране пенсионер.

Разглядеть лицо незнакомца было невозможно: он натянул шарф на нос, и глаза закрывала широкополая шляпа.