Тень из сновидений. Часть I

Все же хорошие и доверительные отношения не могут построиться на сокрытии темного прошлого. А Алекс так не любит поднимать это прошлое со дна. «Без своих друзей он бы совсем пропал», – вполне оправданно заключила Эмма, усыпив этим свою совесть, которая начала задаваться вопросами о том, почему она хочет влезть в чужие отношения.

Макс вышел из ванной и застал обнаженную Эмму сидящей в расправленной постели, спрятавшей под пододеяльник ноги. Девушка руками распутывала мокрые локоны, так как расчески и спрея для расчесывания густых волос у нее при себе не было.

У нее с собой вообще ничего не было. Макс захотел погладить по голове свою не теряющую духа принцессу, однако к ее волосам старался не прикасаться – подобное всегда ее заставляло нервничать. Макс поцеловал девушку в лоб, на что Эмма подняла взгляд.

– Кажется, я начинаю осваивать уроки своей матери, – произнесла она с сарказмом, пальцами держа прядь перед своим лицом, отделяя каждый золотой волосок. – Может, это все наши родители затеяли, чтобы мы познали, что означает жизнь без подушки безопасности?

– Кто знает, – Макс достал из карманов одежды все содержимое: несколько купюр, пластиковую карту, мятные леденцы и севший телефон.

Новый смартфон Эммы остался, к несчастью, на зарядке в салоне угнанной машины. Он выложил все свое имущество на прикроватный столик. – Но я такого никогда бы не ожидал. Я бы попробовал еще раз связаться с родными. Ненавязчиво так уточнить некоторые детали, которые известны только нам.

– Я бы тоже сейчас все испробовала. Мне эта неизвестность покоя не дает. А еще знаешь… Макс, тебя ведь как и меня тревожит поведение Алекса?

– После такого сумасшедшего дня предлагаешь мне перед сном поговорить об Алексе? – он со вздохом опустился на постель. Слегка растрепал потемневшие мокрые волосы ладонью. – Хорошо.

– А что не так? – на лице Эммы возникло недоумение. – С чего ты так злишься на него?

– Я не злюсь, просто Алекс слишком много на себя берет, – произнес он с плохо скрываемым раздражением.

Эмма взглянула на слишком серьезное выражение лица возлюбленного и издала смех. В ее глазах Макс напомнил десятилетнего мальчишку, которому сказали, что у кого-то игрушка лучше, чем у него.

– Макс, это же наш Ал, – Эмма произнесла это как очевидность, которую он не мог не знать. – Почему я его не узнаю?

– Не знаю, как по мне: он такой же. Хотя нет – еще больше распушил свой хвост.

– Вспомни, с чего все началось.