Туман Лынёва, или Последний пассажир

А на висках мягкие завитки. Они точно мягкие. Когда-то давно он хотел поцеловать её, но она увернулась, и поцелуй пришёлся в висок, прямо в эти маленькие кудряшки. Столько лет прошло, а он, как сейчас, чувствует тёплый запах возле этого аккуратного ушка.

– Ну нет, так нет. Значит, устанавливаем местонахождение Андрея Плотицына, он же объект П05. А как только установим, начнём серьёзно разбираться с остальным.

Анна кивнула, но по её лицу пробежала тень отчаяния. Неуловимо. Почти незаметно. На миг. Вадиму этого хватило.

Филин над зайцем в ночном лесу…

– Анна Ильинична. Анна! Позволь, я возьму тебя за руку. Вот так. Чувствуешь ли ты сейчас мою руку, как руку друга? Студенческая дружба, совместные первые шаги во взрослую жизнь, даже единственное наше свидание – ничто мною не забыто! Разве я могу оставить вас в безвыходной ситуации, без особой поддержки, когда именно от меня зависит ваше ближайшее будущее? А что, если прямо сейчас в моих руках твоё ещё более отдалённое будущее? Доверься мне! Позволь другу принять участие! Андрей в беде и твоя собственная участь под большой угрозой! Откуда ждать помощи, как не от меня?! Не сомневаюсь, Андрей тоже бы этого хотел.

Что скажешь, Анна?

Вадим говорил и понимал, что его пылкость и убедительность проигрывают прямо сейчас из-за дурацкой раны. Что всё выглядит не таким, как ему это представлялось ранее. Что речь звучит напыщенно и фальшиво, и что сам он сейчас нелеп и, скорее всего, даже жалок. Но упустить случай, которого так долго ждал – безумие.

Куратор К4 осторожно высвободила свою руку из его.

– Вадим Натальевич, позвольте, я обработаю вам рану и наложу повязку.

Повязку? И это всё?! Какой провал! Ну ничего, скоро она сама захочет вернуться к этому разговору. Да и женская жалость – хороший помощник.

Через пятнадцать минут Лынёв уже наблюдал, как Анна выходила из цоколя в чёрном шлеме-термосканере. Шлемы эти в Порт-Артурии крайне необходимы, но, к большому сожалению сотрудников, они тяжелы, неудобны и уродливы.

В районе подбородка – щелевая голосовая мембрана и такой же щелевой воздушный фильтр. Со стороны куратор в таком шлеме выглядит не интереснее уличного фонаря с круглым плафоном.

Настроение заметно улучшилось. Кожа лба ещё удерживала прохладу заботливых женских пальцев. Анна чудо-женщина! Возраст только украсил её. Формы стали чувственно округлыми. От неё исходит та деликатная вкуснота, которой невозможно пресытиться. И во всём достоинство и недостижимость.