ГородВороН. Часть II дилогии

Отъезд мой, несмотря на то, что подлым образом оставляю его, лучшего друга всех времен народов, постановил считать правильным. «Да я и сам скоро рвану…»

Рябиновая на коньяке делает людей развязнее, смелее, и я спросила у друга, как ОН понимает действие электричества. Тоже хотел схалтурить:

– Один раз стоит разобраться и все.

– Ну так я и хочу. Представь: вот ты здесь сидишь, а девушка – там, за тридевять земель…

– Девушка? Так это совсем другое.

Хватит! Я приперла его к стене:

– Ты ведь вуз под названием э л е к т р о т е х н и ч е с к и й когда-то окончил!

– Хорошо, – сказал он, на удивление посерьёзнев, и даже погрустнев, став будто бы опять с усами.

«Да.

Вода

падает с горы.

Она падает.

И если

во время падения воды

на её пути

поместить какое-то препятствие,

она его уничтожит.

А если делать это постоянно,

она всегда будет —

уничтожать его.

И вот так вода,

падая с горы,

уничтожает препятствие

за препятствием,

за препятствием,

за препятствием…

Так появилась первая гидроэлектростанция”.

– Но я не ручаюсь за точность ответа – я ведь живой человек, – честно прибавил Дем.

Мне же показалось, что ответ достоин вопроса.

Телефонный звонок. Всегдашний, вечерний.

– Да! – прямо-таки рявкнула я с досадой, оттого, что пришлось перекрикивать НАШУ с Дёмычем музыку. Она гремела вовсю. И это была уже не Мелани.

Молчание. Потерянность.

Еле слышное: “Я перезвоню”. Сбил, видно, его с толку старый греховодник Заппа, рокочущий о своем, великобританском. Сказать, не сказать Демиану? А что бы я ему сказала? «Тут такое дело, понимаешь, Дём – голос у меня завёлся…» Друзей и знакомых у моего друга столько! Если каждый будет про голоса рассказывать…

«Мне ведь ещё собираться», – только я и сказала. И Дёмыч на прощание предупредил: “Я за друга – жизнь отдам. Ты же знаешь”.

Только закрылась дверь – опять телефон.

Эта его особенная тишина интонаций после только что отбушевавшей рок-стихии изумила, как никогда. И впервые в ней послышалось что-то… не совсем утешное.

– Ты, вообще-то, когда-нибудь впадаешь в ярость? – вдруг нашло, – Не бывает с тобой?!

Он молчал несколько секунд, потом вроде собрался… непривычно неразборчиво жуя слова, пожевал, да так и не сказал ничего. Затих.

– А вот со мной бывает! – не нашло, а прям наехало.

И… ничего.