Радость наша Сесиль

«Воскресшей афишей, изгнавшей зачин желтизны…»

Воскресшей афишей, изгнавшей зачин желтизны

с бумаги прогорклой, пока не коснувшейся нашего вдоха —

стена отвечала на власть, проницавшую зренье:

откопаны корни, расспрошены комья земли о былом

истоке событий – грядет перемирье: приди, часовой,

на пост, разраставшийся дальше границ обесцвеченной песни;

такие глубины зарделись, что лучше о сваях, творящихся звездным огнем,

поведать, пока не расклеены буквы на лобных местах:

«…в борьбе с неизвестным врагом не бывайте водой,

иначе втечете под самую высь, в расстояние, в чуждую форму,

в ненужную емкость, какую повергнуть должны…»

Расклейщик смолчит о ведерке, где мутная жижа

берется при вспышке небесной яснеть.

«С любви необъятной – нам берег другой рассмотреть…»

С любви необъятной – нам берег другой рассмотреть,

моста замышляя строительство, чувствуя право

себя обнаруживать глиной, нашарившей чистую воду;

для брода родится река и глядит в человека с такой

проявленной нежностью, что не чураться проявки – все легче;

схоронена пленка в нутро аппарата —

совсем как ушедший, что ждет световых отпечатков

безмерности, выбравшей дерево, облако, речку и куст

своими агентами здесь, где снуют чудеса тыловые;

вербовочной сладостью липнет к душе поцелуй,

соцветья и пчелы гордятся накопленным клеем.

С любви необъятной не воду ночную испить

приходит просвет, что казался себе человеком.

«Дыхание кожи, раскрытие пор, красотой разогретых…»

Дыхание кожи, раскрытие пор, красотой разогретых:

огонь с поволокой, зачем человека влечешь —

раскрошено зарево, искры творят подношение клюву,

надето на воздух (поверить легко) перемирье,

теперь не замерзнут следы речевые, рассветами полнясь;

волокна пропитаны тем, чем стыдится погода предстать:

о пасмурный полдень, для вдоха довольно морского величья,

но лучше насущное мыслить – как сделать продажи

источником неба, где звезды растут в необъятном числе;

да, неба бывало премного, да все

сдышали, себя нараспев поджидая в тени

свободы, ветвящейся жаром, внимательным к песне.