Записки военврача. Жизнь на передовой глазами очевидца

 – Начфин обещал все затраты на лечение оплатить.

– Пусть оплатит сначала себе адвоката. Кожу со лба искали?

– Дак не помнит он, куда её выбросил. Пьяный, не поднять. Я с фонариком всё обегал, но там грязь, может, и затоптали.

– А что пришивать-то собрались, Андрей Владимирович?

– Ну, снимем с попы или спины заплатку и пришьем!

– Эх, товарищ старший прапорщик, поздно здесь шить. Да и не наше это теперь дело. Надо в медбат везти, но боюсь, что и там не возьмутся.

– Командир сказал, чтобы на месте лечили!

– Я ему завтра сам всё объясню.

Обработайте перекисью, наложите повязку, пусть капается, антибиотик дайте, из того, что у нас есть, обезбольте, утром отвезём.

Перед отправкой в Россию начфин заплатил Кокуру, чтобы тот написал объяснительную: «Шёл, мол, ночью по автопарку, поскользнулся, шапка слетела, упал, ударившись головой о кусок острого металла, торчащего из-под земли…» Он и написал. И больше в Чечне его не видели. Они вместе с Сергеевым улетали на медбатовской вертушке из Ханкалы, по-разному изменившей их судьбы и здоровье.

А начфин вскоре пошёл на повышение в полковую финансовую службу. Но там его скоропостижно настигла рука прокурора за хищения в особо крупных размерах.

Показной суд

В армии любят судить. Для обслуживания этого процесса создана военная прокуратура. Один из коллег, поработав гинекологом пару лет в Ханкале, заочно закончил юридический и перешёл служить в подполковники юстиции.

Иногда спрашиваешь у самого себя, а тех ли взяли на службу?

Идёт осмотр солдат, проходящих военно-врачебную комиссию.

Перед тем, как отпустить, направляют к психиатру – ведь можно совершить правонарушение, будучи в состоянии аффекта или психоза. Здесь, конечно, психиатрия, и не только военная, становится прислуживающей «девкой».

– Жалобы к психиатру есть? – Вопрос обращён к контрактнику, которого привёл посыльный из прокуратуры.

– Никак нет.

– Уголовное дело за что возбудили?

– Неосторожное обращение с оружием.

– И что ты по неосторожности сделал?

– В друга попал…

Ответ мог быть другим:

– Челюсть сломал.

Или третьим:

– Продавал взрывчатку боевикам.

– И где ты их нашёл?

– Да приходил один под видом боевика, попросил найти для него чего-нибудь. Я и нашёл двести грамм тротила. А он, оказалось, на органы работал.

Был как-то случай – судили двух солдат срочной службы на дивизионном плацу.