Шестая сказка

8

Являясь новыми постояльцами Вечного Мира, ни Амаль, ни Мирас не знали, где находится Драконовая пещера. Они не догадались сразу спросить направление у

Зебадьи, а когда оглянулись, казалось бы, уйдя совсем недалеко от озера, мужчина, котенок у его ног, скамейка и хижина куда-то делись. Только бесконечное озеро так же, как и раньше, лизало берег мягкими волнами, будто ласковый зверь.

– Ненавижу Рамину! – выпалила Амаль, топнув изящной ножкой. – Из-за нее нам приходится бродить туда-сюда и искать непонятно кого!

Мирас не стал говорить девушке, что ведь она и хотела путешествовать по свету.

Вместо этого парень просто взял ее за руку и потянул к себе. Амаль не ожидала, и растерявшись, оказалась вдруг очень близко. Уставилась на Мираса глазищами, в которых янтарь переливался всеми цветами, и испуганно замолчала.

– Стоит ли ненавидеть того, с кем больше никогда не встретишься? – молвил юноша. – Нам некуда спешить. Наше время уже не подойдет к концу. А твоя мачеха осталась жить в нескончаемом страхе, что о ней подумают люди, что осудят, что ты вернешься вдруг, и что ее собственная жизнь подойдет к концу однажды.

Его губы все ближе и ближе приближались к губам Амаль, он склонялся к ней, как дерево склоняет ветви под тяжестью плодов к земле, тянулся к девушке, как младенец к груди матери, совершенно забыв про недавнее желание отыскать предсказанную возлюбленную. Однако едва Мирасу удалось сорвать невесомый поцелуй, как Амаль отскочила от него, полыхая гневом:

– Ты… Ты? …Ты! – невнятно вылетали слова из ее груди.

 – Неужели ты готов смириться?! Я видела себя твоими глазами!

– Ты совсем другая, – Мирас сам не понимал, что чувствует сейчас.

Его охватили смущение и растерянность. Стало стыдно, но за то, что он сделал сейчас, или за то давнее – не раскрыл бы и Зебадья.

А потом вдруг тоже нахлынула злость. Внезапно, налетела, как порыв ветра, как ураган, безжалостно срывающий последние листья с ветвей.

– По-моему, это ты смирилась! Готова жалеть себя и ненавидеть мачеху! Она влияет на тебя даже здесь, твоя душа привязана не к моей душе, а к обиде! Этого ли хотел отец? – Мирас отмахнулся от девушки и рванул в сторону.

Амаль почувствовала стеснение и боль в груди. Там будто разлили тягучую смолу. Ее нежеланный муж несет полный бред! И оскорбляет почем зря! Девушка отвернулась и пошла в противоположном направлении.

Несколько десятков шагов дались ей без особого труда.