С первой неприятности. Не отпущу

– У нас что, средневековье, чтобы жениться на той, с кем переспал?! И вообще! Не помню, чтобы когда-нибудь горел желанием что-то начинать с ней! – не выдержав, и я повысил голос.

– Замолчи! Я ещё раз повторяю, Глория мне как дочь, и я не позволю тебе обидеть её!

– То есть тебе важнее счастье Глории, чем собственного сына?!

Отец поморщился.

– Не надо так драматизировать, Ник. Я не в ссылку тебя отправляю. Глория будет прекрасной женой. Таких и нужно брать в жёны, а не таких, как твоя мать!

Я терял терпение, поэтому прорычал в ответ со всей рвущей глотку яростью:

– Я не женюсь на ней!

Отец тоже испытывал крайнюю точку кипения, это было видно по его сейчас прикрытым глазам и глубокому дыханию.

– Кто она?!

– Кто? – не сразу понял, о чём он.

– Девушка, которая запудрила тебе мозги?!

От его вопроса исходила угроза. Я нахмурился, понимая, что имя «Дженни» не должно прозвучать. Это всё больше становилось похожим на какой-то бред!

– Это не имеет значения, мозги мне никто не пудрил, и я трезво оцениваю свои поступки.

Развернулся, чтобы уйти, ведь продолжать этот цирк уже не имело значения. Я не изменю своего решения.

Но стук по столу, видимо, ладонью, и грозный рык моего отца заставили остановиться.

– Стоять! Разговор не окончен!

Я повернулся, вздохнул и засунул руки в карманы брюк, ожидая дальнейшего действия.

– Сядь! – указал мне на диван. Сжав зубы, я подчинился. Сел и напряжённо облокотился о колени. Что ещё он может сказать мне? – Значит по-хорошему ты не хочешь?

Я напрягся ещё больше, пытаясь прикинуть, что последует за этим вопросом-утверждением.

– Значит так. Смотри, как будет. Ты женишься на Глории, и это не обсуждается. В противном случае, я вынужден буду поставить крест на твой футбольной карьере.

Мои глаза расширились в неверии, я соскочил с дивана и хотел возразить, но он меня остановил.

– Тихо! Я не договорил! Ты будешь примерным женихом и не будешь обижать Глорию. Но! Если нет, то ты знаешь, что моё слово может многое решить. Я обещаю, что позабочусь о том, чтобы у тебя не было возможности вернуться в спорт, – в конце он кинул мне победную ухмылку, а меня пронзила молния разочарования своим отцом. Тем, кого я ставил себе в пример и уважал больше всех. Собственный отец шантажирует меня и угрожает.