Лжи лихие виражи

Ирина сидела надутая, разговаривала через губу, а завхоз устроил настоящий скандал за то, что Лиза попросила его забрать требуемую справку после обеда.

– Сделай Ивану Ильичу справку сейчас и зайди ко мне! – прекратила спор Раиса Александровна.

Лиза требование выполнила и постучала в кабинет, собираясь с мыслями. Если она опять будет выговаривать за опоздание, Лиза начнёт отгавкиваться, потому что надоело молчать. Она всегда, когда надо было, и после работы задерживалась и в обед работала. Второй раз в жизни опоздала, что её за это расстрелять теперь? А одолжение сотрудникам она и так всегда делает, выдаёт документы сразу, а не в течении трёх дней, как положено по трудовому законодательству.

Просто у неё на утро было запланировано более важное дело, заполнение табеля для бухгалтерии. И вообще…

– Заходи, Елизавета, у нас с тобой будет серьёзный разговор.

– Знаете, Раиса Александровна, – решила начать с нападения Лиза, – я считаю, что можно было не выговаривать мне при всех, я ведь всегда стараюсь идти людям навстречу и опоздала…

– Возможно, в твоих словах есть доля истины, но я, знаешь ли, надеялась поговорить с тобой до начала рабочего дня, пока ещё девочки не пришли.

– Позвонили бы, сказали, я бы раньше приехала.

– Раньше я сама не знала, мне Ксюша только что сказала.

– О чём?

Собственно, Лиза не особо интересовалась больничными сплетнями, и что там сегодня сказала секретарша главврача ей тоже, по большому счёту, до фонаря.

Начальница замолчала, и Лиза решила, что та ушла глубоко в себя, потеряв нить разговора. Но она ошибалась, Раиса Александровна собиралась с духом.

– В пятницу вечером в приёмную позвонил некто и сообщил, что у нас работает ВИЧ-инфицированный.

– Да вы что?!

– Представь себе. И это ты, Лиза!

– Что?!

– Хватит чтокать! – тут Раису Александровну прорвало. – Ясно же, что ты ведешь разгульную личную жизнь, и твои неразборчивые связи отрицательно сказываются не только на твоей репутации, но и, как оказалось, опасны для окружающих.

– Да, как вы!..

– А вот так! Сейчас ты пойдёшь, сдашь кровь на ВИЧ, поняла? Я договорилась в лаборатории. Взяла грех на душу, сказала, что ты зубы в подворотне лечила, а сама попросить стесняешься. Зиновию Семёновичу Ксюша обещала не говорить. Но сама понимаешь, я на чужой роток не могу накинуть платок. Ну, и, конечно же, если слова доброжелателя подтвердятся, мы с тобой распрощаемся.