Мама берёт налом

Ну реально, в чем сласть? Дермище… фу…, а детишки ещё и денег у родителей клянчат на это говно!

– Мам, ну!

– Я права зайка, не спорь!

– Я и не…

– Вот и умница, мама все знает. – натягивает на упругие груди черный бюстик от La Perla.

– А что будет после ма..?

– Какие ещё после?

– Ну… после…

– Регистрация, получение багажа, тебя эти после интересуют?

– Я не про то…

– Зайчик! – наманикюренные пальчики ухватывают детский подбородок. – Все будет хорошо! Мы ведь умницы и красавицы, так? А когда умницы и красавицы ведут себя хорошо, у них все происходит хорошо! – чмокает дитя.

– Мама?!

– У? – оборачиваясь.

– Да не, я так.

– Запомни Валерия!!! Мы получаем то, на что по праву претендуем и то, чего ждём! Я говорила, помнишь?

Наши дни

– Вас смутило то, что в тот день она обратилась к вам по полному имени?

– Да. До этого я была всегда Лерой, почти…

Все улажено и схвачено как и у всех психологов, если по-нашему, и без лирики, я между нами девочками не буду с ней церемониться в описаниях.

В общем, она типичная задиристая сучка, да и в юбке карандаш, волосы пергидроль и взгляд – ну обязательно из тех, что я мол девочка вижу тебя насквозь. Бокалы самые модные, ах да и вода – если верить словам этой суки, то обязательно родниковая, ну та, что бьёт из подвала хрущевки в той где и оборудован ее кабинет.

Припудрено в целом и даже очень, а что я? А я делаю вид, что верю. Иначе никак, ведь соцработник – как доктор прописал, ну конечно не сам то и он, а прочие структуры сверху, ведь я ещё без двух минут трудный подросток, той самой трудной судьбы.

В целом тигренок под поводком госслужб, который так тщетно пытается вернуться к маме…

Четыре года назад.

Это было мое первое метро, не надо, ладно? Я к тому, что не надо смеяться, я увидела метро впервые. Без выебона, без понтов и прочих вывертов, да, Дубайское метро сняло с меня девственное, пассажирское плево, и я ничуть не стыжусь этого. Нельзя сказать, что я отвесила нижнюю челюсть и выпячивала глаза от удивления, я девочка культурная и вела себя под стать, а значит скромность и непринуждённость – наше все.

– Мне нравится… – спокойно и без особых эмоций, а это именно и есть мама моя.

– Красиво! – буркнула я.

– Это ещё не красиво малышка, так…

И я ей поверила, а что мне оставалось? Да и как ей можно было не поверить.

– Где мы будем жить? – резонный вопрос от дитя который, да все-таки чувствует неуверенность.