Ни любви, ни денег

Но самое смешное, что халат оказался на два размера меньше, он не сходился на груди, на бедрах тоже. Лариса замоталась в эту тряпочку и рассмеялась. Она пыталась отшутиться какими-то чужими неудачными фразами: «Дорогой, ты мне льстишь! Ты меня так редко видишь, тебе все кажется, что у тебя жена моделька». Она сняла тряпицу, и у нее вырвалось лишнее, совершенно лишнее…

– Совершенно не в твоем стиле вещь, – сказала Лариса. – Такое ощущение, что не ты покупал этот халат, мне кажется, что ты и сам не знал, что лежит в этой коробке.

Женщина продемонстрировала наблюдательность. Не удержалась. И зря! Лариса с опозданьем это поняла. Женщине простительно говорить любые глупости, за глупости нас в крайнем случае немного поругают, а вот за умные и точные наблюдения придется расплатиться.

– Да, ты угадала, – ответил муж. – Я не покупал этот халат.

– А кто же?

– Секретарша, овца.

– Как интересно… Может быть, она и другие подарки мне покупала?

– Иногда.

– А я не замечала…

– Не замечала! Лариса, ты ничего не замечала.

Я даже удивляюсь, как это ты сегодня что-то заметила! Наша жизнь изменилась, мы сами другие… Больше этот театр тянуть не стоит, бессмысленно. У меня есть вторая жена. Я бы прятал ее еще, для тебя, но тебе это тоже не нужно.

И даже после этого еще не хотелось признавать очевидное, все еще не хотелось открывать глаза, но все-таки Лариса сама спросила мужа:

– Ты от меня уходишь?

– Ухожу. Мы разводимся. Не в этом дело! Я тебе хотел сказать… Работай над собой, Лариса! Ты видишь, мир меняется? А ты застряла, дорогая, в советском гастрономе! Бросай его! Начни что-нибудь новое…

– Мир изменился! Какая великая новость! Я знаю! Я потому и пряталась в советском гастрономе.

Я всегда старалась улыбнуться, чтобы ты не заметил… Меня уже давно не радуют твои дежурные букеты!

Больше они не шумели. Двадцать пятая годовщина свадьбы стала последней. Развод оформили спокойно, как воспитанные люди. У нее осталась их шикарная квартира и еще кое-что из недвижимости, плюс, конечно, ее магазин и какие-то акции от его холдинга.

Она рыдала, разумеется, но не при людях, только в одиночку. Обидно было, что ее признали устаревшим бесперспективным проектом. Лариса обнаружила, что похвалиться-то ей совершенно нечем. Сын вырос, а магазин… Сегодня магазины открывают даже круглые дуры, несложно на мужнины-то деньги открыть гастроном, пусть даже и самый лучший.