«Везучий, подонок!..». Роман-квест

Приличным сообщество считалось, если в нём отсутствовал дворник Баймурат, врачи «Скорой помощи» и ненавистный слесарь Давидик. Пародийность словосочетания «слесарь Давид Соломонович» не раз обыгрывал завистливый Михеев. Куда ему тягаться, имея быдловатое «Василь-Егорыч»! Любимая михеевская острота: и это пролетит, как жэковская зарплата. Стареющий библейский персонаж в ответ на выпады лишь коротко мекал. Но сидеть с газетой на пенсии было ещё тоскливей. Правда, имелась в жизни любого слесаря неучтёнка, но обе стороны, заказчик и исполнитель, об этом помалкивали.

Весь дом Давидов состоял из узников концлагерей – литовских, немецких, польских. После войны никто из них не вернулся. Давидика, последыша военного поколения, спас слесарь-водопроводчик, поднявшись этажом выше узнать, откуда доносится детский рёв. В блокаду этот звук означал скорую гибель. Слесаря скоро убили грабители, Давидика же удалось эвакуировать. В память о спасителе, чьё имя так и не удалось узнать, Давид поклялся стать слесарем. Так о чём это мы? Ах, да… Субботин взял трубку, и лицо его вытянулось. Хорошо поставленный баритон изложил свою просьбу:

– Привет, Барон, на проводе Юрасик. Не вешай трубку, надо поговорить.

Худший сюрприз даже невозможно представить, решил Субботин. Гнусаво пропел в ответ:

– Уважаемый абонент! Ваш звонок не очень важен для нас. Все операторы заняты. Пройдите на х…й, пожалуйста!

– Э-э… куда это я попал?

– Куда вы целились?

– В Барона… э-э, в квартиру! Оператор, дайте Субботина.

Бедный Йорик, подумал Субботин.

Идиот в нетронутом целлофане. Может, стоило надавать тебе по башке? Впрочем, надо бы выслушать, придётся раскошелиться на пару минут:

– Излагай, только покороче. Я только что с поезда. У меня куча дел!

– Во всяком случае, не я её навалил… гу-гу-гу.

Нет, мудрость даже с возрастом стучится не в каждую дверь. Юрасик окончательно сбрендил, подумал Субботин. Сдержавшись, сказал вполголоса:

– Осталась ровно одна минута.

– Есть дело на десять тысяч.

– Обращайся к друзьям-карманникам! Некогда мне со стукачами босякам карманы обшаривать.

– Да стой ты! Тебя Вероника просит. Жёнин племянник, Генка Рогачёв, двадцать семь лет, на днях вернулся из Дартмута, просится на стажировку к кому-нибудь из общих знакомых.

– Я что, банкир? Или страховая компания «Берлингер и компаньоны»?!

– Ты больше чем банкир. Генка мечтает вырасти в специалиста по коммерческой недвижимости. Он вычислил тебя по объявлению в «Антидоте».