«Везучий, подонок!..». Роман-квест

У меня от поездки заначка осталась. Будем пить хорошую водку. И закусывать её блинами с икрой. Вот, кстати: есть у тебя икра? Возьми с собой… тогда ты сможешь зайти без стука. Даже без сопровождающей!

– Икры, как дерьма за баней. Кабачковой, правда. Со знаками качества и количества. Хорош трепаться, Билли, я на тропе войны.

– Мемуары опять строчишь? Броня крепка, а башня вся помята?

– Лампу чиню. Абажур надо сменить, – отозвался Михеев.

– Машина на ходу? Тормоза не клинит? – не унимался Вилька, хлопая себя по карманам.

Нет, всё же ключики придётся заказывать. Ах, дьяволы… вот они! На буфете. Не иначе, сами пришли… тут из-за стенки донёсся скупой ответ:

– Всё в ажуре, в абажуре… вот только сменщик подводит.

– Какие проблемы?! Нашли на него ремзону!

– Кого ты учишь? Пошёл ты… знаешь, куда?

– Знаю-знаю. Уже иду.

Субботин ожидал прихода стажёра не раньше пяти, но тот себя пригласил к половине третьего. Презрев условности, Геннадий Рогачёв до приезда будущего шефа вовсю обживался в агентстве «Антигуа».

Нагрянув внезапно, как коршун в курятник, Гена, опытный столичный сердцеед, моментально завладел вниманием обитательниц субботинского сераля. Нина, Марина и Катя, разновозрастные, но обаятельные, тормошили юношу, наперебой расспрашивали и хохотали. Он озирался по сторонам и хмыкал, знакомясь с настенной россыпью, типа: «Хочешь умереть молодым? Спроси, хочу ли я похудеть!», «Не говори мне, чем заняться, и не услышишь, куда пойти!». Устав от общения, Рогачёв попросил глоток кофе. Ему принесли огромную чашку, украшенную затейливым вензелем: «Я тоже работаю в этом цирке».

Стажёр, прочитав по кругу, не выдержал и откровенно расхохотался. Генка Рогачёв был невысок, но хорош собой, как певец Губин, имел открытое лицо и широкий лоб с белокурой прядью, как поэт Есенин. Миндалевидные карие глазки, словно взятые у девушки напрокат, не портили ни приплюснутый нос, ни широкий рот с мелкими и крепкими зубками, которые, казалось, не столько сопровождали улыбку, сколько предупреждали: нам пальца в рот не клади! Внезапно беседа смолкла, в дверях появилась Даша, приёмная дочь Субботина.

– Вы кто, санитарный врач? Чего притихли? – недоуменно спросил стажёр.

– А вы у нас кто, массовик-затейник? Ржёте так, что на лестнице пыль столбом, – сказала Даша. – Субботин здесь? Телефон постоянно занят.

– Присядь, ребёнок! И не рыпайся. Султан скоро явится, – сказала Катя, тряхнув изящно заготовленными дредами, и громко захохотала, закидывая голову.