Перверсивная хроника событий

В принципе, живут люди и без квадрокоптеров, но уж что это за жизнь – а выгулом неадекватных собак на квадрокоптер, даже самый бюджетный, не заработаешь. Поэтому детали нашлись на свалке, инструкция нашлась в интернете, руки не из задницы нашлись у того же самого тёть Зоиного сына, ну и вот. Конечно, не такой квадрокоптер, как у Валерки, но что вышло – то вышло, другого-то всё равно нет.

На подоконнике сидит мамина кукла, маленькая, фарфоровая, в розовом платье и с явными признаками идиотизма на лице. Юльке кажется, что вот именно её и не хватает квадрокоптеру, и квадрокоптер с пассажиром намного круче, чем без пассажира.

Даже если это розовый пассажир-идиот.

Юльке десять. Юльке скучно. Юлька берёт пояс от халата и как можно старательнее приматывает куклу к квадрокоптеру. Запускает. Бумс!

Это, наверное, самый короткий в истории полёт. От квадрокоптера отлетает винт, но это ничего страшного, тёть Зоин сын починит. Гораздо хуже то, что от кукольного бедра откалывается довольно приличный кусок.

Юлька сажает куклу на место и пытается прикрыть платьем повреждённую ногу, но именно в этот момент в замке поворачивается ключ, и входит мама.

Потом она повторяет без конца, что Юлька – чучело баранье, и что зачем только надо было Юльку рожать, и что у всех её подруг дочки – такие лапочки, такие принцессочки – Юлька прекрасно понимает, что плачет она не из-за куклы и даже не из-за того, что ей позвонила возмущённая владелица собаки и, может быть, не менее возмущённая владелица трусищ.

Она плачет из-за того, что Юльку рожать действительно не стоило, потому что Юлька при всём желании не может быть ни лапочкой, ни уж тем более принцессочкой.

Потому что трудно быть девочкой, если ты мальчик.

Д значит дисморфофобия

– Да поймите же вы, – Анна Викторовна понемногу начинает нервничать, но ей нужно сохранять самообладание, она ведь настоящий профессионал своего дела. – У вас от природы совершенно круглое лицо, – длинным тонким пальцем с заострённым ногтем она очерчивает в воздухе круг.

 – Можно даже сказать, идеально круглое. Круглое, как…

– Вообразите, это я знаю и без вас, – отвечает Ева так же сухо, так же холодно. Она ведь тоже профессионал своего дела, в котором самообладание даже необходимее. – Иначе, как вы и сами понимаете, мне не было бы необходимости обращаться в вашу клинику, – последнее слово она произносит чуть язвительнее, но это такой тонкий оттенок, что вряд ли тупая корова сможет его уловить.