Обнаружители Магии. Неприступная крепость

На этих словах Иоахим так резко повернул голову в сторону говоривших, что они услышали хруст шейных позвонков. Полудьяволица или, точнее сказать, тифлингша вздрогнула и выставила перед собой руки в успокаивающем жесте.

– То есть общее наречие ты понимаешь, – Агарвейн по примеру спутницы показала Иоахиму пустую ладонь. – Мы тебе не враги. Мы твои друзья, помнишь?

У Иоахима не мелькнуло ни тени узнавания, но она сделала аккуратный шаг вперед – скорее проскользнула, чем прошла. Со стороны казалось, что она почти не двигается – ее движения были медленными, контролируемыми, и миллиметр за миллиметром она отвоевывала пространство, как учили в Ордене Великой Охоты.

Она словно приближалась не к другу и боевому товарищу, а к незнакомому зверю – так ей велели отработанные суровыми тренировками инстинкты.

Она всмотрелась в Иоахима, в непривычно безэмоциональное и безразличное лицо волшебника. Как она ни старалась увидеть в фигуре напротив своего экспрессивного и иногда чересчур говорливого спутника, рефлексы не давали ей воспринять его как союзника.

– И как, удобно в такой позе? – подала голос Октавия за ее спиной.

Агарвейн замерла.

– Ты с каждой секундой становишься все более жутким. Если это шутка такая, то ха-ха, я посмеялась, давай ты прекратишь себя так вести, и мы поедем дальше. Или вернемся в Лоркон, как ты сам захочешь!

Нутро не просто так заставляло охотницу красться. Она ощущала себя как на охоте, потому что человек перед ней сидел в позе животного.

Иоахим выставил руки перед собой, отвел локти и пригнулся, напряженно втянув шею.

Он морщился, елозя коленями по шершавой древесине повозки. Странности прибавляло и то, что по щекам волшебника катились слезы – он смотрел на Агарвейн не мигая, и пересыхающие глаза уже начали краснеть.

– Где Грегор? – спросил он хриплым неровным голосом, привыкая к новым связкам.

Он сощурился, сосредотачиваясь на мыслях незнакомцев. Женщина, сумевшая так незаметно приблизиться к нему, думала о зельях и заклинаниях. Ей не хотелось делать ему больно, и она с досадой вспоминала о далекой жрице, способной усыплять и очаровывать существ без особого вреда для их здоровья.

При упоминании имени Грегора в ее голове всплыл знакомый Иоахиму символ – три связанных кольца, в центре пересечения которых находилось распахнутое око. Знак Айун, богини Знания.

Он перевел взгляд на паладина и поморщился. Туман в разуме рыцаря ровным слоем покрывал мысли, пряча их от нежданных визитеров-телепатов.