Танцы под радиолло. История одной истории

Шубин, бывший горный инженер с плохим желудком и знанием трёх языков, специально мог описать в телефонном разговоре Подпаскова так, что вроде это он, Подпасков, но узнать его будет трудно. На такие гадости у Шубина был талант. Злость и раздражение где-то в животе Подпаскова начали закручиваться в спираль. Затем, не умещаясь в кишках и желудке, они долезли до грудной клетки, пытаясь разжать рёбра изнутри.

Подпасков вспомнил, как старший корреспондент Шубин унизительно «замкнул» на него нудного больного гражданина из Улан – Удэ.

Фамилия гражданина – Назаров. Гражданин писал в редакцию и другие инстанции длинные письма с просьбой запретить писать букву «р» в сокращённом обозначении слова «килограмм». Вся страна спокойно писала и «кг», и «кгр». В письмах, официальных документах, газетах, книгах. Это никому не мешало. Кроме сумасшедшего Назарова из Улан-Удэ. Бывший корректировщик артиллерийского полка, награждённый орденом и медалями, Назаров методично обстреливал организации и ведомства письмами, в которых он боролся против своего кровного врага – буквы «р» в сокращении «кгр».

В своих длинных письмах бывший корректировщик приводил весомые аргументы: подсчитывал количество чернил, бумаги и времени, которые советские люди тратят за год, выписывая лишнюю букву «р».

Подпасков вёл с ним обстоятельную переписку. Он боялся, что Шубин напишет на него донос. Переписка по поводу отмены буквы «р» в сокращении «кгр» породила массу дурацких шуток. Например, Зиночка, машинистка отдела патриотического воспитания, как-то во время обеда сказала: «Ещё каких-нибудь 20 писем от этого сумасшедшего, и наши потомки будут писать только «кг», а не «кгр»…

– Извините, товарищ Подпасков, – встречающий протянул ему документы, – дурацкая какая-то ошибка вышла.

Видимо, секретарша неправильно записала…

Встречающий снова виновато улыбнулся и представился: «Капитан Семейкин, городское управление МВД». Семейкин пытался взять у Подпаскова пузатый командировочный портфель. Но Подпасков его резко осадил: «Это что ещё за барство!».

Злой на Шубина, он решил поставить капитана на место.

Они двинулись к выходу. Народ, увидев важную фигуру в сопровождении милиционеров, уступал им дорогу. Рядом с ними шла семья, только что приехавшие переселенцы. Вспотевший отец семейства тащил огромный самодельный фанерный чемодан, покрашенный в коричневый цвет. Его супруга, нагруженная двумя вещмешками, старалась от него не отставать. Мальчишка – сынок в тюбетейке важно шёл впереди.