Притяжение сердец. Холод в его сердце

Горькие слезы лились ручьем, не в силах остановиться. Кристофер стоял возле двери мучаясь, подойти и утешить, или оставаться непричастным. Ему было нелегко. Парню предстоит лишить ее жизни, но сможет ли он сделать это?

Сжав кулаки, он подошел к ней, и борясь с собой, пытался прикоснуться к плечу. Но это выше его сил, он не должен привязываться к ней, к своей жертве. Такова жизнь, у всех своя судьба. Ее судьба в его руках. Он хотел поиграть с ней, помучить и бросить. Но, с самого начала, ей удалось зацепить его.

Что-то в ней есть такое, что не позволяет ему играть с ней, как с игрушкой. Она сумела пронести свет в его черствую душу. Если бы не стечение обстоятельств, возможно они могли бы поладить.

– Папа, умоляю, живи… Я люблю тебя, отец, – всхлипывая, Кристен молила спящего отца вернуться.

– Хватит, ты его нашла. Нам нужно возвращаться, – без капельки сочувствия произнес парень.

Она подняла на него заплаканные глаза, полные отвращения и ненависти к нему.

– Ты бесчувственный эгоист! – злобно и громко произнесла она.

Парень сильнее сжал кулаки, так, что все мышцы напряглись. Он не намерен терпеть ее. В самый подходящий момент, ее больше не будет, и не будет проблем.

– Мне надоело с тобой возиться! – схватив ее за руки, он потащил к двери.

– Ты сам привязался! Черт возьми, кто ты такой, чтобы так обращаться со мной! – выбиваясь из его хватки, кричала Кристен.

Она хваталась за мебель, стены и даже била его маленькими кулачками. Ее удары смешили его, еще больше раздражая брюнетку.

В палату вошел Грэм, и принялся помогать ей.

– Куинс! Пусти девушку! – разжимая его хватку, парень прижал брата к стене.

Кристен плакала и тяжело дышала. Ей было плохо, хотелось, чтобы в эту минуту ее утешили и поддержали.

– Пусти меня! – прорычал Кристофер, краснея от злости.

Его взгляд пожирал малышку. В нем кипела ненависть и безысходность. В нем боролись две стороны: свет и тьма. Предстоит непростой выбор, от которого зависит ее жизнь.

– Крис ты как? – не оборачиваясь от брата, спросил Грэм.

Девушка была разбита. Ее жизнь в одночасье стала ей чужой. Такой трудной и невыносимой.

– Папа… – заплаканным голосом прошептала она.

Грэм медленно отпустил брата, убедившись, что он адекватен.

– Уже поздно. Тебе надо отдохнуть, – сказал парень, положив руки ей на плечи.

Она лишь слегка кивнула, посмотрев на отца.

– Доктор сказал, что угрозы жизни нет. Они ждут выхода из коммы, чтобы начать лечение.