Дочь Тьмы

 – Хреновое оказалось пророчество, может и ваш избранник… – Замолчи… Заткнись! Тень не может умереть! Над головой просвистел кнут, он врезался в спину с такой силой, что тело вздрогнуло, одним резким рывком дочь короля поднялась на ноги и тут же упала от второго удара. Одежда мигом прилипла к спине, пыточную наполнил запах крови. На голову легли чешуйчатые пальцы, они сомкнулись на лбу, впиваясь в череп. – В день, когда Терас займет свой трон, твою душу призовут из небытия, чтобы узреть его величие, до тех пор мрак будет терзать ее, ломать снова и снова.

Девушку отшвырнули к стене, тени расступились. Удары продолжились. Никто из них не собирался касаться девушки, ведь это означало быструю смерть. Ящер продолжал орудовать кнутом, Риза закрыла глаза, вспомнила летние ночи на балконе с отцом, они читали сказки под светом свечи, было так тепло… – Остановись, немедленно! Она не должна умереть! – К тому моменту, как некая женщина произнесла эти слова, дочь короля лежала в полусознании, видать они подумали, что воительница уже вовсе не в себе, если кто-то беспокоился о ее жизни.  – Госпожа, вам виднее, и все же позвольте узнать своему слуге: в каких целях? – Сердце света лишь член династии может из храма забрать, пока мой сын мал амулет могут украсть, нам нужна эта кровь, чтобы провести ритуал. – Перережьте ей горло, соберите столько, сколько потребуется. – Рано. Это должно случиться в ночь затмения, до тех пор девчонка будет жить. Дальше снова темница. Риза не помнит, сколько времени там пришлось провести. Первые ночи она спала неподвижно, затем раны начали заживать, стало легче. Еды давали мало, и ту черствую, заплесневевшую. Немного придя в себя воительница обнаружила, что у подземелий свой надсмотрщик – вполне живой человек, а не чудище. Он не любил грязи, несмотря на свою работу, так что раз в пару дней выгонял всех пленников в затопленную часть замка, где вода была ледяной. Еще там часто плавали дохлые крысы, иногда нога могла наступить на чьи-то кости. Пленники надолго не задерживались. Их приводили, уводили, изредка оставляли на пару ночей – самых крепких. Некоторые вновь появлялись здесь как хозяева, ходили и погоняли кнутом остальных. Ей на затылке ящер начертил какую-то пентаграмму и надсмотрщики не трогали. Каждый вечер перед сном рыцари читали молитвы, все как один просили Люксилину спасти их, вытащить от сюда.