Собака, пойдем ко мне жить. Девятнадцать историй любви

В собаку встроена огромная потребность в любви, ведь это давно уже не дикое животное. Её нужно гладить – собаки обожают, когда их гладят. Хотя почему «нужно»? Это роскошь, привилегия, тактильное блаженство. Организм человека здоровеет от него, выравниваются повышенное кровяное давление, проходит аритмия и головная боль…

Собакам нужно гулять, пробегая минимум несколько километров в день. В отличие от нас, они помнят о радости движения и упиваются бегом, борьбой, прыжками и кувырканиями. Они ликуют, копая землю. От неподвижности у собак мучительно ноют мышцы.

Если только лежишь целыми днями и медленно шагаешь в упряжке до магазина и обратно, хочешь не хочешь, а однажды дёрнешь за кошкой, забыв долг, честь и приличия.

И нужно быть очень далёким от собаки человеком, чтобы покупать намордник и надеяться, что взрослая овчарка просто так, без тренировок и наград, позволит втиснуть её чуткий нос, язык и зубы в пугающее железное нечто, в отдельную клетку для морды. Всё равно что человеку вставить кляп и предложить прогулку.

Конечно, Китти моментально срывала намордник боковым отдельным пальчиком, этим уморительным жестом собаки иногда почёсывают себе щёку.

***

С нами живёт другая Китти.

Она никогда не выпускает меня из виду и спит только там, где есть я. Всегда ласкова, всегда послушна. Она же видит: я очень стараюсь, чтобы ей было хорошо.

Но перед нашим главнокомандующим она преклоняется. Такой большой, такой весёлый, такой разговорчивый. Это он забрал её из клетки, болтавшейся в тёмном, гудящем, ревущем, холодном пространстве, где страшно закладывало уши и отвратительно пахло то керосином, то никотином – чем угодно, кроме еды; он спас её из полной беспомощности и предчувствия конца.

– Просто собаки больше любят мужчин, – объясняю я Бьярни, чтобы он не зазнавался. – И знаешь, чем Китти отличается от меня?

– М-м-м… Я думал, что знаю?

– Нет, серьезно: я уверена, что Вселенной управляет женское начало. А Китти не сомневается, что Бог – мужского пола.

– Да, и я даже догадываюсь, кто он…

И правда, Китти похожа на раскаявшегося грешника, побывавшего в аду, или на человека, пережившего клиническую смерть.

Вид у неё до сих пор такой, как будто однажды она летела в долгом туннеле вверх, удостоилась видеть Бога и всё поняла про свою преступную, окаянную, собачью жизнь. А потом спустилась на землю – но всё в том же светящемся облаке любви, – и живёт, представьте, опять живёт! И каждый вечер Господь приходит к ней с работы.