Переплески перекатов. Том 2

Понимания:

я причастен.

Я – частица моей земли.

1967 г.

«Не называйте дождь слезами!..»

Рудольфу Соину

Не называйте дождь слезами!

Дождь – нити света, не вода.

В них бьются листья плавниками,

как рыба бьётся в неводах.

Они из тучи паутиной

спускаются на майский луг,

а на трепещущей осине

сидит искусный ткач-паук,

что эти нити собирает

в моточки луж, клубки озёр

и ночью – тихо вышивает

волшебный голубой ковёр.

А утром первый луч рассвета

девчонкой на гору взбежит

и ахнет! —

в васильках планета

дождинкой голубой дрожит.

1973 г.

«Леса…»

Леса,

леса заветные,

дремучие леса —

родная, незаметная

российская краса.

Едва приметной стёжкою

войди в её покой,

коснись ствола ладошкою,

прижмись к нему щекой,

и, как по мановению,

исчезнув из души,

тревоги и сомнения

заблудятся в глуши.

К чему напрасно мучиться —

успел,

не преуспел? —

пой песню, как получится,

но главное —

чтоб спел.

Чтоб в сути не сфальшивила,

в строке не солгала.

Неплохо, если б вывела —

важнее,

чтоб вела.

Не отыскать спасения

в микстурах докторов,

приг?бить бы осеннюю

печалинку боров.

И, с детства неизменная,

придёт тебя спасать

родная, незабвенная

российская краса.

1980 г.

Земля Калевалы

О, как мудро спокойное небо.

Как чисты и безмолвны снега.

И синеет, храня сон Онего,

погружённая в думы тайга.

От ухабов машина устала,

но дорога, петляя, бежит

по уснувшей земле Калевалы —

бесконечной и краткой, как жизнь.

Расплываются грани предметов.

Забываются распри племён.

И приходит к тебе незаметно

ощущение связи времён.

Словно всё, чего недоставало,

что манило всю жизнь за собой,

пронеслось над землёй Калевалы

удивлённою рыжей совой.

И любою изящностью женской

ты легко поступиться готов

там, где церкви Преображенской

вьются локоны куполов.

И окажутся ми?зерно малы

волновавшие прежде мечты,

среди сказов земли Калевалы,

у последней Полярной черты.

Впредь куда бы судьба ни бросала,

обречён ты вовек тосковать

по озёрам земли Калевалы,

деревянным её кружевам.

1977 г.

«Не позабыть семёновских лесов…»

Не позабыть семёновских лесов

и тихий говорок речушки Кезы,

где, пестуя мальчишескую резвость,

нёс конь меня по зарослям осок.

И не найти в Канавине двора,

который я бы не излазил в детстве.