Жена врага

Мои запросы в комендатуру уходили в никуда, информацию, в какой интернат был определен мой Юра, я не могла получить.

Это была моя первая зима вдали от дома, и она была намного суровее, чем те, к которым я привыкла.

Однажды ночью я проснулась от криков, как и все мои соседки по бараку.

– Что случилось? Что за крик?

Я лишь успела надеть на себя телогрейку, валенки, как вдруг двери открылись. Передо мной с ужасом в глазах стояла одна из заключенных, пытаясь что-то произнести. Но истерика переходила то в крики, то в рыдания, и понять было невозможно.

– Что? Что случилось? – трясла ее Валентина.

– Там, Господи, туда… – указывая пальцем в темноту, проговаривала она сквозь слезы.

Я вышла на улицу, за мной еще несколько женщин, и Раиса в их числе.

– Валя, Надя, посмотрите, что там, – обратилась Раиса к своим подопечным.

– Я уже оделась, пойду посмотрю, – произнесла я. – Кажется, кто-то бежит к нам, я свет вижу.

Это был Григорий, старший охранник с помощниками:

– Все целы? Пострадавших нет?

– Да, все целы.

Что случилось, в самом деле, весь барак на ушах, как и остальные, наверное, – немного взвинченно произнесла Раиса.

– Волки, – произнес один из мужчин. – Совсем уже одолели. Живем впроголодь сами, что уже о звере диком говорить, местные мужики всех кабанов вблизи извели, да и зайчатину, вот те, наверное, с голодухи на деревню пошли.

– Напали на барак, где молодые мамаши с грудничками, – продолжал Григорий. – Многих женщин отправляют в ссылку, не обращая внимания на деликатное положение.

В дороге рожают, младенцы погибают. А те, кто выжил, все равно немногие до года доживают. Вот и сейчас двоих волки разодрали и по кускам унесли, пострадала одна женщина, с сильнейшими укусами перевели в санчасть. Кто-то из наших мужиков снова заприметил ту самую волчицу.

Действительно, все было похоже на правду. Морозы стояли невыносимые. Когда до Раисы не доходили посылки, она понимала, что и другое продовольствие застряло где-то, значит, снова подъедать нам картофельные очистки.

Но то мы, люди, выживали как могли. А вот волк стал смотреть в сторону деревни, в которой кроме как людей жрать больше было нечего.

Каждую ночь был слышен волчий вой, подходили они и ближе к баракам. Утром по следам это было видно. И вот стая перешла к действию.

Рассказывали, что когда-то из деревни убегал сторожевой пес, разгрызал ошейник и бежал в лес, а спустя время возвращался.