Золотой тупик II – III

Немного помедлив, глядя в посоловевшие глаза Ильи, Эдди спросил:

– Слушай, а чего ты от меня бегаешь-то? Мне твои координаты Изька дал, наши земляки у тебя уже брали компьютеры и всякие электронные игрушки, сказали, что всё надёжно. Я приехал к тебе, думал по старой дружбе договоримся, все хотят заработать, хочу и я. Или, (Эдди пристально глянул на него), ты мне не можешь простить ту закономерную оплеуху…

Илья отвёл глаза в сторону.

–Честно? У меня интуиция, предчувствие, я тебя боюсь. С тех пор боюсь, меня кроме тебя и зеков в лагере никто не бил.

Ты всегда был темнилой и кидалой.

–Интуиция у него, – рассмеялся Эдди, – в Баку меня никто темнилой, а уж кидалой тем более не считал, и ты это знаешь. Меня не нужно бояться. Себя бойся, интуиция доведёт тебя до суицида. О деле: нужны всякие электронные игрушки, фотоаппараты, фейерверки, ну и купить «зелени» по нормальной цене я был бы не против.

Илья пьяно икнул, его развезло.

– Сколько?

– Сколько не жалко. У меня магазин, навариться хочу, дело обычное сейчас.

– Разбогател? А долларов, в килограммах? – ощерился Илья. —Я ж говорил, что ты темнила. Не верю я тебе. Чего надо, можешь сказать? Хорош ходить вокруг.

– Ильюша, что ты кипятишься, ты всегда такой уравновешенным был, мягоньким безобидным барчонком…

– У тебя магазин? Ты и магазин? – захохотал Илья. – Азохен вэй, не смешите мои помидоры, ты же аферюга, белоручка, любитель пенки снимать. Кинуть меня решил?

Эдди играл желваками.

Он не предполагал говорить о делах с пьяным Ильёй, забыл, что в бытность музыкантом, напившись, тот частенько отрубался и привести его в чувство было делом бесполезным.

– Не пей больше, – сказал он, но Илья ухмыльнулся, плеснул вина в стакан и грубо бросил:

– Моё дело! Будет он мне указывать.

Положение становилось катастрофичным. Илья ронял голову на грудь, покачивался. Эдди смотрел на него белыми глазами, думая о том, что ждать, когда он придёт в себя до утра в этом гадюшнике совсем не комильфо, а второй марафон погони за неуловимым засранцем он не вынесет.

Нужно было что-то делать без терапии, хирургически. Тут он вспомнил слова парня в халате о стукачестве Ильи. Он вполне поверил в это, зная зелёную болезнь земляка, уверен был, что контора своих не забывает и, конечно же, она его подловила. Илья – валютчик, живёт в столице в своей квартире, превращённой в склад дефицита, торгует, крутит валютой, работой себя не обременяет.