С первой неприятности. Люблю

И себя заодно.

– Это было необходимо… С твоей паникой мы бы оба пошли ко дну, – выдал с перерывами на рваные вдохи и оглянулся.

– Но… Но…

Но теперь я пришёл в себя и не обращал внимания на её попытки выдавить какие-то слова. Сейчас она вполне в порядке, и на первом месте теперь то, что нам нужно как-то выбираться. Она, конечно, маленькая и лёгкая, но на двоих я долго не продержусь…

Глава 1.

Двумя днями ранее…

??Он??

В тот момент я стоял и ждал регистрацию на посадку самолёта до Мексики.

Внутри бушевало раздражение, ведь отец до сих пор не оставлял попыток втянуть своего сына в ненавистное ему дерьмо. Блеснуть перед прессой, пообщаться с «нужными» людьми, показать себя с хорошей стороны. Благотворительный приём. И Глория там будет.

После недавних новостей, где я случайно попал в объектив с левой девчонкой, она делает вид, что обижена. Плевать. Не собираюсь бегать и оправдываться. Не собираюсь ещё раз повторять, что та девушка была лишь очередной игрушкой Фреда.

Тогда мы отрывались в одном ночном клубе Беверли-Хиллз. Друг слился с другой, а я, как джентльмен, предложил отвезти его предыдущую подружку домой, ведь та накидалась так, что не могла стоять на ногах. Спихнуть полуголое, почти бессознательное тело на непонятного мужика-таксиста я посчитал верхом скотства.

По пути эта цыпочка решила сменить объект своей «любви», принявшись упрямо поглаживать мою ширинку. Пытался отлепить её уже склоняющееся к паху тело, как въехал в остановившуюся тачку на светофоре.

От резкого удара эта дура ударилась головой об руль и потеряла сознание. На место приехали журналисты и, конечно, засняли такие провокационные виды.

Нет, на тот момент девушка уже была на своём месте и в сознании.

Но следы красной помады на моей белой рубашке и её тело рядом на получившихся фото дали волю фантазии Глории. А меня чуть не лишили прав, ведь я тоже оказался под приличным градусом.

Но мой дорогой папочка всё решил, из-за чего я теперь обязан был появиться на этом проклятом приёме.

Разве смею я вести себя, как мудак, развлекаясь с легкодоступными особами, и расстраивать нашу любимую Глорию? Отец настаивает на том, чтобы я извинился перед ней, заставил поверить в мою невиновность. Чего я делать, естественно, не собираюсь. Я уже извинился, попытался всё объяснить, но она не стала слушать. А два раза я распинаться не буду.