Сеня, жми на тормоза!

Пожалуйста, не завали мне раздел культуры. Я вложила в него слишком много сил и ресурсов. Сама сделала страницу, разработала функционал, привлекла авторов. Хотя это была твоя задача, как редактора раздела. Ладно, тогда я делала скидку на то, что ты только вливался в процесс. Сень, ну сейчас то нельзя тормозить. SevMedia за годы существования в севастопольском и крымском инфополе завоевал репутацию интернет-ресурса, где отвечают за качество. И твой раздел культуры ничем от него не отличается. Это его дочерний проект, который должен делаться на уровне.

Сень, я очень лояльный и понимающий человек, но халтуры не потерплю ни при каком раскладе. Пожалуйста, не заставляй меня жалеть о том, что я поставила тебя во главе проекта. Я не знаю, что у тебя сейчас происходит в жизни, не считаю правильным в это лезть, но давай уже как-то разберись со всем этим и вернись к нам. Я надеюсь, боевую задачу уяснил?

– Да, Маш, уяснил. Я… я возьму себя в руки и… всё будет хорошо.

– Очень на это надеюсь, ? Маша смерила Сеню тяжёлым взглядом и резко встала.

Проходя мимо стола, она случайно задела рукой кипу бумаг, которую Воскресенский небрежно положил на край.

– Ох, прости! ? Барановская хотела поднять бумаги, но Арсений её остановил.

– Маш, не надо, я сам.

– Ладно, ? уже у самой двери Барановская обернулась и бросила осуждающий взгляд на стол Воскресенского. ? Сень, и наведи уже хоть какой-то порядок у себя. Ну нельзя же так запускать своё рабочее место. Всё начинается вот с таких мелочей. Бардак на столе, бардак в жизни, а потом и… В общем, всё.

Работай.

Маша вышла, закрыв за собой дверь. Сеня какое-то время посидел в задумчивости, потом бросил взгляд на разбросанные бумаги, но в следующую секунду передумал их собирать и вернулся к статье. Этот день прошёл мимо Воскресенского во всех смыслах. Он даже не вышел на обед, так и просидев в своей каморке за статьёй о выставке, которую к шести вечера смог написать только наполовину. Слова упорно не хотели складываться в осмысленные предложения, текст уже плыл перед глазами.

Воскресенский взял телефон и стал бездумно листать ленты соцсетей. Открыл сообщения, затем переписку с Романовским. Последнее сообщение было от него, где он назначал время интервью.

«А что если…, ? пронеслось в голове у Арсения, ? может, рискнуть? В конце концов за своё место под солнцем надо бороться. Макс, прости, ничего личного». Сеня набрал сообщение Романовскому и перед тем, как отправить, внимательно перечитал.