Обыкновенная лирика. Том 1

Пусть тяжела пока судьба

из выпавшего снега,

и все идет за честь борьба,

в ней тяжело без бега.

Судьба? Судьба. Легка? Легка.

Морозный всюду иней.

Мир праведный, но лишь слегка.

Маячит вечер синий.

Мороз в судьбе, мороз в мечтах,

сугробы под ногами,

в каких бы ни были летах,

скрипят мороза гаммы.

Все почему? А потому,

что кто-то одинокий

совсем не в том живет дому,

мороз морозит склоки.

1996

Стихотворения 1995

Пушистый

Вольный снег пушист и светел,

жизнь добра и к нам чуть-чуть.

Ты давно меня приметил,

разгоняя снега муть.

Вот и все. Мы снова вместе

средь лесов, снегов, домов.

В разговорах меньше лести,

а в сугробах столько снов!

Жизнь, она подобна свету.

Свет, как ты: то хмур, то зол.

Ты исчез. Ищи примету.

Может, ты просыпал соль?

Не бог весть, но жизнь струится,

роскошь, если ты со мной.

А вот мне, мне часто мнится,

не пройдет жизнь стороной.

Постарайся, не продайся,

не злословь из многих слов,

и тебе за все воздастся,

и совсем без лишних слов.

Как пушист сегодня ветер!

Свит из множества пушков.

На тебе любимый свитер

из пушистейших снежков.

13 февраля 1995

Я Вас люблю

Мороз действительно прекрасен,

и солнце светит в небесах,

и мне не надо сказок – басен,

лишь бы Вы были на глазах.

Вы мне нужны, как наше солнце,

или как капля молока,

я бы Вас выпила до донца,

ведь наша встреча так легка.

Но Вы? Вы просто в отдаление,

мне вас руками не достать,

и задохнулось вожделение,

увидев Вас и Вашу стать.

Я Вас люблю. Увы, безмолвно.

Без редких встреч, без суеты.

Вот Вы проехали… довольно.

И чувства прыгнули в листы.

Вы мне нужны таким далеким,

боюсь я частых, жарких встреч.

Люблю кудрявым, синеоким.

Каким Вас именем наречь?

Забылся облик синеокий,

ушел он в память навсегда.

Когда в душе мир слишком строгий,

любовь уходит как звезда.

14 марта 1995

Суета мыслей

Не нужно нам любовной суеты,

зачем стирать, готовить и мыть окна?

Потом он скажет, что чужая ты,

хотя его одежда в пене мокла.

Да, черт возьми, весь быт и всю любовь,

и оскорбления, будто ненароком.

Семейный быт, любовь и счастья новь,

остались где-то с первым чернооким.