Шаманский бубен луны

 – Ну что мне человека гнать на улицу?

– Господь с тобой! – ужаснулась седовласая женщина у окна, мастер швей-мотористок. – У меня плюс два. Пусть будет плюс три.

– Могу взять себе. – Мастер слесарей показал два пальца. – Или вон у Инессы Сергеевны не хватает двоих.

– Инесса Сергеевна, заберите Мурзину, – вкрадчиво попросила Варвара Сергеевна мастерицу художников. – Она кажется к вам записывалась.

– А, это та обиженка? Да ну ее. Какая-то травмированная с низкой мотивацией.

Мастер слесарей усмехнулся:

– Классика жанра.

Надо сначала довести художника до дурдома, а потом делать из него гения.

– На что вы намекаете? – резко отреагировала Инесса Сергеевна. – Кого это довели до дурдома?

– Ван Гога…

Ася молчала всю дорогу, пока Вера не заговорила первой.

– Слушай, а это не Вовка Шилков? С кем это он?

На другой стороне улицы в тени осенних тополей шли двое. Он осторожно держал ее пальцы. Она, уткнувшись носом в широкий шарф, шла рядом. Из-под пальто постоянно мелькали стройные ножки в капроне и сапогах-чулках.

Ветер трепал ее длинные светлые волосы, девушка поправляла, кокетливо улыбалась. Это была красавица, уже созревшая для любви и обольщения.

– Светка Светличная! – напрягла память Вера. – Из четырнадцатой школы.

И Ася сразу вспомнила ее заливистый смех, когда мастерица разбирала рисунок. Вспомнила, каким он был мерзким и отвратительным.

– Нич-чего себе. Шилков и Светличная? – ликовала Вера. – Твоя соперница!

– С фига ли?

– Ты ведь говорила, что Шилков тебе нравится.

– Никогда такой глупости не говорила. – Ася с чувством толкнула калитку. Было стыдно вспомнить Шилковские красные оттопыренные уши, сквозь которые просвечивал свет. Тень от ушей падала на ее рисунок и курьезно добавляла кувшину лопоухости…

Голос Варвары Сергеевны усыплял. Асю жутко клонило в сон. Она бухалась лбом об машинку, клевала носом, трясла головой и вновь засыпала. Сначала в УПК несколько дней шли теоретические занятия. Разбирали типы машинок, швейное производство, систему определения качества.

Учили, чем трикотаж отличается от остальных тканей. Варвара Сергеевна ходила по классу и на примере материала формы учеников показывала ткани.

– Ваша форма пошита из шерсти. Это натуральная ткань. Сырье произведено природой. Вот кто у нас дает шерсть?

– Коза, баран… – неуверенно пошло по классу.

– Баранов сейчас мало, – хихикнула незнакомая девочка из четырнадцатой школы, – после восьмого все ушли.