Восьмидесятые, или Лампочка моя любимая

До последнего надеялась, всё позади и удалось избежать щекотливого разговора. Но не вышло. Да, ничего не сказала. Но в тот он раз задал вопрос. Или как верно выразиться – поставил условие? Как назвать ту неловкую ситуацию? Сделал предложение? Обращался в тот день ко всем. Это неправильно, надо было сначала поговорить вдвоём.

Он постоял, слушая сердитое сопение. Вздохнул с досадой. Снова не дождался ответа.

– Хорошо. Я понял. На днях уезжаю домой. У тебя будет время подумать. Скажи, ты хочешь, чтобы я приехал обратно?

Не глядя на него, пожала плечами:

– Приезжай, конечно.

Мы все рады будем видеть тебя.

Парень хмыкнул, нахмурился:

– Я не про всех. Лично тебя спрашиваю – ты хочешь, чтобы приехал? Будешь ждать меня?

– Ждать… – растерянно повторила Лера и задумалась.

Что он вкладывает в это слово? Оно двусмысленное, налагает определённые обязательства. Если под обещанием ждать подразумевает – хранить верность, ни с кем не встречаться, то вряд ли. Не стоит обнадёживать.

 Может, встретится хороший мальчик и с ним будет так же интересно дружить, как с Альгисом. А из-за обещания окажется, что предала уговор.

Она не испытывала любовной тяги к молодому человеку. Не чувствовала, что он тот, ради которого откажется от непросто завоёванной свободы и радости жизни в столице. Пошла поперёк воли родителей именно для того, чтобы почувствовать себя самостоятельной, испробовать закрытые прежде прелести юности. И совершенно не была готова снова сидеть в четырёх стенах, ждать и отчитываться.

– Да, хорошо если будешь приезжать. К нам… Встретимся, сходим куда-нибудь все вместе.

Альгис сумрачно уточнил:

– Вместе? С кем вместе?

– Как обычно. Света с мужем, братья.

– Понятно, – усмехнувшись, протянул разочарованно: – Хорошо, увидимся. Как-нибудь…

Вскоре он уехал. Лера вроде бы и огорчилась, желала погулять с ним. Печалилась несколько дней, ходила в плохом настроении.

Было бы здорово, если бы Альгис остался в Москве. Жил поблизости.

Не за тридевять земель. Видеться чаще, вместе проводить время. Но только не жить вдвоём, не быть связанными обещаниями. Возможно, позже и созрела бы на то, чтобы не разлучаться. Но не сейчас. Её настоящая любовь ещё не пришла. Она ждёт впереди.

Глава 3. Подруга

Недели через полторы лёгкая грусть окончательно развеялась. При воспоминании об Альгисе Лера испытывала смутное чувство вины, поэтому старательно избегала разговоров о нём.