Погром

Император вонзил нижние зубы в верхнюю губу.

– Кроме того, по моим сведениям, этот фон Шаффурт усердно собирает коллекцию живописи. При посредничестве тех же иудеев, кстати. – Сказала Элеонора.

– Вот, как? – Вздохнул Император.

– Хорошо платит, между прочим. Среди нидерландских и итальянских школ, успел прослыть щедрым меценатом.

– Кто-нибудь объяснит мне, откуда у него деньги. Может это происки Людовика? Кузен платит ему пенсию?

– Не платит. – Взял слово вице-канцлер Вальдердорф.

 – Кроме того, бургграф, за последнее время, завоевал славу ярого противника французского двора. Насмехается над всем французским. Самого короля обвиняет в нечистоплотности. Французскую моду не признает. Больше привержен строгому испанскому стилю. Правда, на свой манер. Темные цвета в одежде меняет на более светлые.

– Хм. – Раздалось из полуоткрытого рта императора, который и сам был ярым приверженцем испанского стиля.

– А это не могло стать поводом французского демарша? – Спросил эрцгерцог.

Иоганн фон Ауэршперг сказал:

– Трудно сказать. От людей, приставленных к французскому корпусу, пока поступили только предварительные данные. Я обратился к архиепископу Майнцкому, с письменной просьбой сообщить, что ему известно об этом деле. Кроме того, его высокопреподобие, вице-канцлер, в сопроводительном письме, просил поторопиться с ответом. Но еще рано. Кроме того, насколько мне известно, вице-канцлер направил, два дня назад, в Шаффурт своего делегата.

Все взоры обратились на Вальдердорфа. Его высокопреподобие нисколько не смутился, от оказанного ему внимания.

– Совершенно верно, ваше величество. На Святого Гермогена, я отправил в Шаффурт своего секретаря Клауса Хагена. В связи с тем, что бургграф Конрад фон Шаффурт, обладает правом голоса в сейме[12 - Имперский сейм в Регенсбурге. До 1663 года собирался лишь по важному поводу, с этого года стал постоянным.], на это княжество, постоянно обращено внимание Надворной канцелярии.

Было бы очень прискорбно, если бы оно вдруг, каким-либо образом перешло в ненадежные руки. На него уже давно положили глаз и имперские князья и курфюрсты. Многие готовы заплатить очень большие деньги, чтобы перекупить его. Поэтому, когда до меня дошли смутные слухи, что во французском корпусе пошли разговоры о Шаффурте, я отправил туда своего человека, чтобы он информировал канцелярию Вашего Величества о положении дел в бургграфстве.