Погром

– Думаешь, пора соломку стелить?

– Ничего я не думаю. Надо ехать и разбираться на месте. А, там будет видно.

Тайный советник Войтеховский отсыпался после недели напряженной дипломатической деятельности. Его гражданская жена Иоанна, заявляла всем, кто интересовался ее суженным, что Юргену нужно поспать и все дела можно отложить на неопределенное время. Даже профессору Канту было отказано в визите. Хотя тот настаивал на личной встрече, по поводу сногсшибательного доклада от пани Курцевич. С документами из канцелярии бургграфа, присланными на подпись, она знакомилась лично и что-то откладывала, на потом.

Те же бумаги, которые по ее мнению можно было завизировать не читая, относила на подпись.

Единственному кому она не смогла отказать, был городской еврей Соломон Барух. Он прочно засел на первом этаже, в трактире и сообщил, что не уйдет отсюда ни за что. Вид у него при этом был столь печальный, что сердце Иоанны дрогнуло, и она пошла, будить милого Юргена. Узнав, зачем его будят, Войтеховский снова закрыл глаза, подумал и проснулся окончательно.

– Ожидается погром. – Сказал Барух. – Причем грандиозный.

– Какой погром? Где? Покажи мне этих погромщиков.

– Погром ожидается здесь, в Шаффурте. Но погромщиков могу только назвать. Они не наши.

– Это уже интересно!

– Ваша милость наверно помнит графа фон Хундевайда?

– Еще бы. – Усмехнулся Войтеховский. – Как он там пришел в разумное состояние? И, где обретается? Ее светлость, графиня Рената писала брату, что он покинул Хундевайд в неизвестном направлении.

– Граф сейчас служит в чине суб-лейтенанта, в Кельнском полку. Во время сражения, при Сен- Готарде, получил легкое ранение в руку. Сейчас официально находится в отпуске, но вместе с корпусом Колиньи движется в направлении Мюнхена.

– Что значит такое обилие информации, о графе? – Стал серьезным Войтеховский.

– После битвы, граф сильно сблизился с французами. Терся возле них, навязывался в друзья.

Рассказывал, всякие истории. И, оказывается, в его бедах виноват – кто? Конечно – иудеи. Хотя, когда его признавали сумасшедшим, иудейская нога рядом не стояла! Постоянно твердил, за картами, что происками иудеев потерял свои владения. Мало того, он открыто утверждал, что все, что произошло с ним, происки бургграфа фон Шаффурт. Который тоже – иудей. Только – тайный. И бургграф, якобы, владеет своей вотчиной незаконно. А, законный владелец, значит – он.