Хроники Транквила: Артефакт

Я просто рассказывал людям что-то интересное, что не знали они. Хоть медяк, но получал.

– Зачем это всё? Ты же мог просто просить у них милостыню.

– Негоже просить деньги за жалость. Хоть чем-то, но их нужно заслужить.

– Похвальная черта.

– Да, но не знаю, сколько ещё я на ней проеду. Я больше ничего не знаю, да и эти книги я иду продавать.

– А как же знания оттуда?

– Я помню всё наизусть.

– Ты сам прочёл это всё? Редкость для простолюдина. Расскажешь? А я заплачу. И книги куплю, для школы.

И Шатар принялся рассказывать Лукрецию всё, что знал.

Он делал это с чувством, словно лично открывал все те вещи, о которых говорил. В их беседе Дивус провёл не меньше часа.

– Ладно, достаточно. Стыдно признавать, но что-то из этого я ранее не знал.

– Это не стыдно. Главное, что теперь знаете. Я рад, что был интересен столь почтенному горожанину. Во сколько вы оцените мои книги? Мне пора возвращаться домой.

– Постой. Вот, возьми деньги.

– Но это много…

– Не спорь. И это не всё.

– Что-то ещё?

– Да.

Ты так отдаёшься своему делу, так живо рассказываешь, словно я на каком-то представлении.

– Мой отец был бардом. До войны. Он с детства учил меня подавать песни красиво и эмоционально, с душой. А я делаю так же, но с простыми текстами.

Дивус вспомнил то, как сам начинал свою жизнь в этом городе. Да, он был талантлив и горячо любил своё дело, но без помощи отца ничего этого бы не было. Иногда необходимо дать толчок человеку, то, что самостоятельно он никогда не получит, и вскоре эта помощь даст свои плоды.

Подумав, он ответил своему новому знакомому.

– Буду краток. Я предлагаю тебе стать учителем в моей школе. Я обеспечу тебя и твою семью и предоставлю тебе доступ ко всем книгам, какие только пожелаешь.

Радости Шатара не было предела. Он заново родился в тот день. С тех пор новый школьный учитель так же резво и красиво обучал детишек, как когда-то его отец рассказывал в таверне истории о великих героях прошлого.

Наше время

– Они шлют всё новые силы, а наши меж тем без ведьмы тают!

– Нужно отступать!

В эту ужасную ночь Лукреций пережил много потерь.

Рядом с ним истекал кровью Якоб. Фероксиния, так и не поборов пламя, вернулась обратно. На ней был камзол мужа – единственное, что она вынесла из горящего дома. Несколько десятков его моряков лежали замертво у ног молодого человека. Занятый битвой, он услышал крик своей жены.

– На тебя навели!

Он сразу понял, о чём она, и поднял взгляд на спрингалды.